Глава 36
Герман Щёки до сих пор зудят от хлестких пощечин. Сколько же презрения было в глазах Лизы Гнев и обида рождают в этой девочке чрезвычайную жестокость. Мои дохлые извинения были сразу стоптаны без возможности быть принятыми. Короче, полное фиаско. Что теперь? Ей нужно время, чтобы остыть. День, два, неделю – я не знаю. Она должна выслушать меня. Мне есть что сказать. Это очень-очень важно. После нашей последней встречи возле больницы прошло три дня. Я постоянно думаю о Лизе. Сердечные терзания лишают сна. Свербящие мысли изводят черепную коробку. Перемалываю в голове её слова о чувствах, на вершине которых восседает чувство вины. Оно сгрызает меня изнутри. Я сильно виноват перед Лизой. Причинял ей боль, не задумываясь. Умышленно заставлял страдать. Открыто унижал. Использовал. Поступал с ней как моральный урод. Блядь, и на что я надеюсь после этого? Правильно, что она даже слушать меня не хочет. Ей противно смотреть на меня. Лиза относится ко мне ровно так, как я этого заслужил. Как к куску говна. Я реально добавил в её жизнь много дерьма. Но я хочу всё исправить. Вопреки природной эгоистичности и натуре ублюдка, я способен любить. Именно она открыла во мне это противоестественное чувство. Оказывается, даже у такого урода есть сердце. Сейчас оно болит. Мучается, терзается. Как добиться прощения Лизы? Реально ли это? Осталась ли под внешним слоем ненависти толика теплых чувств к моей персоне? Таится ли в закромах её мягкого сердечка хотя бы одна живая частица любви ко мне? Мысль о том, что я собственноручно уничтожил её любовь, сжирает изнутри. Я тысячу раз идиот. Просто мразь. Сволочь. Но мне нужен второй шанс. В противном случае эта самая гребаная любовь сожжет меня дотла. «Привет. Я куртку твою привёз. Спускайся, жду у общаги. И мою прихвати тоже». Отправляю сообщение Лизе и нервно кусаю губы в ожидании ответа. Я не выдержал, приехал к ней. Будь что будет. Пишет-пишет Она долго что-то строчит. Напрягаюсь. Спустя минуту прилетает ответ: «Ок». Неожиданно. И подозрительно коротко. Сколько всего стоит за этим нейтральным «Ок»? Усмехнувшись, убираю телефон. Нахмуренно смотрю вперед через лобовое стекло на серую кирпичную стену старенького здания. Гнетущее волнение заполняет собой всё пространство внутри меня. Склоняюсь к рулю, на котором лежат мои руки, и, зажмурившись, закусываю костяшку указательного пальца. Конечно, мне плевать на куртку. Просто нужен был предлог встретиться с Лизой. Поговорить с ней. Объяснить, наконец, что она на самом деле для меня значит.