Глава 15
«Мне нужен огонь, мне нужны твои ожоги»Х olidayboy «Пожары»ЛизаКогда очередь в игре доходит до Германа, он вытягивает брусок, читает молча задание и мотает головой:– Не, ребят. Наливайте мне штрафные. – Кладёт брусок наверх башни.– Что там? – любопытно спрашивает Яся. Она берет его блок и читает: – «Спеть песню о любви». О-о-о, Гера, ну пожа-а-алуйстаСостроив жалостливое лицо, она умоляет парня, который уже схватил пальцами стопочку.– Настроения нет, – отказывается Заславский и выпивает алкоголь. Морщит лицо и закидывает в рот дольку лайма.– Главное, голос есть. Возражения не принимаются, у меня день рождения, Гера, – настаивает Яся и оборачивается к брату с просьбой: – Петь, принеси гитару.– Да чёрт, – встряхивает волосами Гера и с претензией уставляется на именинницу. – Издеваешься?– Можно что-нибудь из моего любимого? – хлопает ресницами Яся, игнорируя его недовольное лицо.Заславский закатывает глаза и обреченно протирает лицо ладонью. Петр возвращается с гитарой и вручает её Герману. Смирившись с положением дел, он устраивает инструмент между широко расставленных бедер и касается пальцем струн.Яся пищит от радости и хлопает в ладоши.– Ребят, тушите свет, – командует она. – Зажигаем фонарики.Все как один достают телефоны, и гостиная заполняется сияющими огоньками. А я торможу и зависаю на образе Германа, потому что в голове не укладывается: он умеет петь? И на гитаре играть? И сейчас будет исполнять песню о любви? Вопросы находят положительные ответы, когда пальцы Заславского умело подчиняют струны и те выдают красивый ритмичный звук. А когда парень начинает петь, я вовсе задерживаю дыхание. Его голос преображается – низкий, вибрирующий, с чарующей хрипотцой, до мурашек цепляющий.А мы снова танцуем, Поём под нирвану-у-у, Твои поцелуи Залечат все раны-ы-ы. Нужна мне как воздух, Как волнам прибоя нужны эти скалы, Нужна любви твоей доза, Мне её слишком, слишком мало!Песня мне не знакома, но она очень красивая, берёт за душу. Мелодия забирается под кожу и проносит волнительно будоражащую дрожь. Невольно начинаешь прислушиваться к каждому слову, вкладывая в них свой особенный смысл и образ.На припеве голос Германа набирает мощи, становится еще более пронзительным и даже отчаянным, каждый звук пропитан надрывом, сильными эмоциями, они же ярко отражаются на мужском лице. Так невозможно сыграть. Сейчас он настоящий. Через музыку парень даёт себе волю высказаться, не скрывает чувств. И от этого он становится во сто крат притягательнее в глазах окружающих. В моих глазах.С ума мы сошли, в голове иллюстрации, Как мы полетим, не нужна гравитация, Себя подожгли, сорвали овации. Пожары любви – это эвакуация.Клянусь, Герман поёт, а я осыпаюсь мурашками. Сердце заводится от безумных доз дофамина, кровь бурлит, пульс зашкаливает. Меня изнутри стягивает приятно щекочущими ощущениями. Мужские пальцы перебирают струны гитары и через звук неосязаемым образом касаются струн человеческой души. Моей трепещущей души. Черт возьми, Заславский, бросай юридический и создай свою рок-группу. Ты цепляешь своим голосом и искренним порывом. Будь таким всегда, умоляю. Действуй по жизни с такой же самоотдачей, как поёшь и играешь на гитаре. Скидывай все маски, они тебе не нужны.К тебе бежать Так далеко — стереть в кровь ноги, Меня спасать Смогла лишь ты, хотя хотели многие. Гори, пылай, Нас не потушат долгие дороги, Ты мою душу обнимай, Мне нужен огонь, мне нужны твои ожоги.Я не могу оторвать от Германа восхищенный взгляд вплоть до самого последнего исполненного аккорда. На него обрушиваются аплодисменты, он встряхивает волосами, сдержанно реагируя на ликующие возгласы друзей.– Давай что-нибудь ещё, – просит Яся. – Это было очень круто.– Хватит, – отказывает Заславский и передаёт гитару её брату. – Пусть Пит забацает что-нибудь.Он поднимается с дивана и бросает в мою сторону разбитый взгляд. Как будто в нём нет сил, но достаточно боли. Стиснув челюсти, Герман покидает шумную компанию, а я, сидя на коленях у Миши, задумчиво провожаю его удаляющуюся фигуру.