— Не поможем? — Громила сел, уже не скрываясь от нежелательных глаз. Пыль взвилась вокруг него, осела на плечах. — А зачем мы тогда шли? Зачем дезертировали? Чтобы просто посмотреть и назад повернуть?

Фокс не произнёс ни слова. Он лежал у камня, прильнув щекой к прикладу, и медленно водил стволом по склонам. Его лицо оставалось спокойным, почти безмятежным. Но Стоун заметил, как напряжены плечи снайпера, как пальцы левой руки чуть сильнее, чем нужно, сжимают цевьё. Фокс не спорил. Не поддерживал. Он ждал, когда эмоции выплеснутся и можно будет говорить по делу.

Стоун понимал его. Он и сам ждал.

Стоун перевёл взгляд на пограничников. Громила сверлил глазами спину Горохова. Горохов смотрел в землю и жевал губу. Фокс по-прежнему вглядывался в прицел. Три мальчишки. Девятнадцать-двадцать лет. Храбрые, обученные, но растерянные. Они привыкли, что рядом есть командир. Что Селихов всегда где-то рядом. Но сейчас его не было.

Стоун видел эту растерянность в том, как Громила сжимал кулаки, не зная, куда их приложить. В том, как Горохов хмурился и злился. В том, как молчал Фокс.

Он мог их использовать. Должен был.

— Можно вопрос, парни?

Он заговорил тихо. Почти лениво. Так, словно они сидели не на гребне над вражеским кишлаком, а в баре за кружкой пива. Громила обернулся на голос. Горохов поднял голову. Фокс оторвался от прицела и посмотрел на Стоуна — долгим, изучающим взглядом.

— Селихов, — продолжил Стоун, не обращаясь ни к кому конкретно, — он похож на человека, которого можно легко убить?

Громила хмыкнул.

— Нет. Не похож.

— Вот и я так думаю, — пожал Стоун плечами. — Я видел его в деле. Даже, не хочу хвастаться, испытал его кулаки на собственной шкуре. Неужели вы думаете, что какие-то недалекие оборванцы из каменного века смогли бы его убить?

Горохов нахмурился, но ничего не сказал.

— Готов поспорить на что угодно: это он устроил пожар. Да вы и сами это понимаете. Сейчас он уже далеко отсюда. В компании своего ненаглядного братика. А мы сидим здесь и гадаем, жив ли он. Глупо.

— Допустим, — произнёс Фокс. — Тогда где он?

— В лесу. У реки. — Стоун махнул рукой в сторону тёмной полосы, которая виднелась на другом конце долины. — Там вода. Укрытие. Возможность оторваться от погони. Мы можем прочёсывать лес неделю и не найти его. У нас нет ни времени, ни ресурсов. Думаю, он там и без нас прекрасно справляется.

— И что ты предлагаешь? — Горохов смотрел на Стоуна исподлобья.

— Помочь ему иначе. Не ногами — головой.

Стоун сделал паузу. Он знал: сейчас важно, чтобы слова легли ровно, без напора.