— Идти рекой — это верная смерть! — в голосе Надира впервые за все время нашего знакомства прорезалось раздражение. — Я же сказал: слишком много глаз, слишком много стволов! Может случиться так, что это твоему брату придется хоронить тебя! Этого хочешь?

Я смотрел на него. Он выдержал мой взгляд. Лишь едва заметно поджал губы.

Было у меня стойкое ощущение, что Надир что-то недоговаривал. Что у него были свои причины тащить меня через горы.

Но сейчас это не имело значения. Три дня по горам в одну сторону — это шесть дней туда и обратно. Почти неделя. За это время Саша мог умереть. За это время группа окончательно превратится в дезертиров. За это время люди Карим-Паши могли найти хижину и перебить всех, кто в ней останется.

Слишком безрассудным казалось это решение. Равно, как и идти к лекарю одним, без Надира.

— Я не пойду, — сказал я.

Надир замер. На миг даже округлил глаза.

— Что?

— Слишком долго. Шесть дней — это слишком много.

— Твой брат…

— Мой брат не протянет шесть дней в хижине без лечения. Ты сам сказал: ему нужно другое лекарство. Если я уйду на неделю, то могу больше не застать его живым.

— Травы, что я даю, поддержат его, — качнул головой Надир.

— Поддержат, но не вылечат. — Я смотрел ему прямо в глаза. — Риск слишком велик. Я не могу оставить его на неделю. И остальных тоже.

— Твои люди могут остаться с ним, — Надир шагнул ближе. — Я покажу им, как делать ингаляции. Травы соберу. Воды оставлю. Еды хватит на всех. И…

— Нет, Надир, — покачал я головой. — Я все решил.

— Он не дотянет до твоих людей! — повысил голос Надир. — Ты этого, что, не понимаешь⁈ Я видел такие лёгкие! Видел, что бывает, когда дым оседает глубоко! Сначала кашель! Потом жар! Потом отёк! И смерть! Надо…

— И после этих слов ты хочешь чтобы мы ушли на неделю? — похолодел я голосом.

Надир просто остолбенел. Кажется только сейчас он осознал, в какую логическую ловушку загнал сам себя.

— Скажи, Надир, — проговорил я так же холодно. — В чем дело? Что тебе от меня нужно?

— Я… — Уверенность пропала из его голоса. — Я просто хочу помочь…

— Ты вечно недоговариваешь. Вечно говоришь полузагадками. Настаиваешь на том, чтобы мы шли к твоему лекарю. Зачем? Чего ты хочешь?

Надир поджал губы. Опустил взгляд так, будто не мог вынести моего. Я заметил, как зрачки его судорожно забегали под веками. Он думал.

— Я просто хочу помочь, — повторил он, стараясь придать твердости голосу. Получилось у него не очень хорошо.

После, снова заглянул мне в глаза.

— Не говори, если не хочешь, — немного повременив, сказал я. — Но мы уходим. На этом все.