Елизавета, как обычно, встретила нас ослепительной улыбкой, радостно поздравила с очередными наградами, поблагодарила за уничтожение уродов, наживающихся на чужом горе, и проводила в кабинет владельца ателье. Пока мы обменивались с ним приветствиями, организовала чай с печеньем. А потом по моей просьбе включила «глушилку» и вышла из кабинета.

Богдан Ярославович тоже начал беседу с поздравлений. Но уничтожение криминальных структур его, как выяснилось, интересовало на пару порядков меньше, чем покушение — о нем он говорил минут восемь-десять, показал нам записи наших маневров, сделанные несколькими уличными камерами СКН, признался, что раз пять просмотрел эти ролики в десятикратном замедлении, что прогонял их через специальные программы, и, в конечном итоге, заявил, что создал воистину сумасшедшие машины.

Я дал ему немного погордиться и слегка обломал:

— Все верно: они великолепны. Но, в то же самое время, беззубы. И это расстраивает…

— Так они же гражданские!!! — уязвленно воскликнул Творец.

— Были гражданскими… — уточнил я, вывесил перед собой «картинку» с проектом тюнинга от кластера Фениксов и продолжил издеваться: — И если вы измените нижние обтекатели вот таким образом, то наши «Бореи» превратятся в маленькие, но грозные истребители всего и вся.

Он прикипел взглядом к изображению, попросил увеличить оба самых важных фрагмента, задумчиво потер подбородок и начал задавать правильные вопросы:

— Вот это, как я понимаю, что-то вроде курсовой скорострельной пушки?

— Верно.

— А вот в этом отсеке — ракета воздух-воздух?

— Неа: сверхскоростная ракета ближнего радиуса действия «Лютик-СМ» одинаково эффективно поражает как воздушные, так и наземные цели. Но — на дистанции до одного километра.

Зато весит всего тридцать два килограмма.

Он выяснил, сколько весит все остальное, вывесил перед собой программную оболочку «Авиаконструктор» и забыл о нашем существовании. Я не видел, что именно он делает, ибо видел картинку под слишком острым углом. Поэтому следил за выражением лица. Поэтому понял, что все получится, уже минуте на двенадцатой. А через двадцать две получил подтверждение своим догадкам:

— Удивительно, но факт: с такими комплектующими машина просядет в тяговооруженности чуть более, чем на два процента.

— С полной взлетной нагрузкой, то есть, при наличии в салоне и пилота, и пассажира, верно? — на всякий случай уточнил я.

Он утвердительно кивнул и задал забавный вопрос:

— А боекомплект для пушки не маловат?

Я невольно улыбнулся:

— При стрельбе очередями — да. А с отсечкой в два снаряда — в самый раз.