Сам Стас подозревал, что даже будь у него могущество Императора, он бы просто сдался, не сумев выдержать удар.

- Как будто то, что он выдержал нам помогло, - чуть улыбнулся старик. Невольная похвала в мыслях Стаса его немного позабавила. – Но если вернутся к сравнению прошлого и настоящего, та война была куда более… Чистой? Да, машины ничуть не стеснялись брать пленных, чтобы с их помощью навязывать нам свои желания, но очень скоро все поняли, что единственным способом борьбы, это совершенно не обращать на сопутствующие жертвы.

- И тогда машины перестали брать пленных.

- Именно так. Несмотря на то, что искусственные разумы хотели нашего уничтожения, в отличие от хаоса, они не хотели наших страданий. Просто, обе наших стороны понимали, что или они или мы, вот и всё. Да, галактика горела, но уничтожение было чистым и рационализированным, в то время как хаос стремится не только уничтожить нас, но и сделать это как можно более мерзким и мучительным образом.

Стас невольно повел плечами. Было что-то поистине жуткое, когда говорят так спокойно о гибели такого большого количества человек, что Ордынцев мог и не знать столь длинного числа.

- Можно даже сказать, что сейчас мы в куда более тяжелом положении, - признался старик. – В те далекие времена несмотря на все свои пороки человечество было в состоянии себя защищать. Мы были сильны, и победа над Железными людьми говорит сама за себя. Теперь же человечество опустилось столь глубоко в невежество и глупость, что я удивлён, что оно до сих пор продолжает бороться.

Когда мир начала трескаться, никто из них больше не сказал ни слова.

*****

- Вы уже подлетаете, - стоило Стасу сесть у костра, как Император ответил на невысказанный вопрос. – Ещё немного и ваш корабль достигнет Терры.

Всё время путешествия Станислав предпочитал проводить за костерком с Тенью Императора. То ли благодаря его желанию, то ли по ещё какой-то причине, но практически любой сон переправлял его в это место.

Сам Стас любил задавать вопросы о далеком прошлом галактики и Темной эре, о которой было не так уж много известно даже в его собственной вселенной.

К несчастью в некоторых вопросах старик тоже не мог помочь. Некоторые участки его памяти отсутствовали или были нарушены из-за чего многое ему было неведомо или он сомневался в их правдивости.

Вот и сейчас Ордынцев поднял интересный вопрос.

- Малкадор, да? – повторил вопрос старик, прищуриваясь. – Эх, старый друг. Пожалуй, единственный, кто был близок к тому, что понять всю полноту планов Императора. Иногда я думаю, что даже хорошо, что он не увидел того, к чему всё пришло. Хотя мог ли он сделать лучше? Теперь уж никогда не узнаем.