— Понятно, — усмехнулся Беседин. — Недостатки налицо. А мечта у девушки имеется?
— А то… И не одна. Только рассказывать нельзя.
— Почему?
— Не сбудется.
— Да ладно, я не глазливый!
— Точно? — с сомнением осмотрев синяк на Степиной скуле, она взялась за разделку апельсина. — Ладно, слушай: давно хотела на вертолете полетать. И, конечно, с парашютом спрыгнуть.
— Продвинутая девочка, — заметил Беседин. — Вместо белого платья бронежилет, а принца заменяет «Макаров» в кармане. Хм… А что, и вправду не была в Макдональдсе?
— Ну, если по большому счету, честно, — хитро прищурившись, она неопределенно помахала рукой, — то забегала. Бывало, чего уж. Носик припудрить. Туалеты у них на уровне.
— Хм… Посещением заведения эти набеги как бы не считаются, — согласился Беседин. — Сам так делал.
— Ты вот что скажи, — девчонка стрельнула глазом исподлобья. — Зачем меня всю ощупал, пока в ванне купал?
— Оскорбилась, дева невинная, — Степан снова приник к минералке. — Господи боже мой! Пижаму расстегни, и в зеркало посмотри. Синяк на синяке! Надо же было проверить травмы, вдруг где переломы? И вообще, мало ли что после драки могло оказаться… А ты чего подумала?
Девчонка опустила глаза. Точнее, один глаз, второй был заклеен. Покончив с минералкой, Беседин достал из холодильника пакет сока. Вскрывать не стал, приложил к затылку:
— Следы от баяна тоже надо было проверить.
— Да?
— Чтоб без иллюзий.
— Не любишь наркоманов?
— А за что их любить? Тут полицию вызывать — в самый раз. Однако обошлось, слава богу.
— Спасибо на добром слове, — она скривила губы.
— Ладно, давай по существу. Кто у вас там, в вашем мире, главный?
— Это и дети знают, — сообщила она. — Ельцин, Борис Николаевич.
Степан немного обалдел:
— У нас его давно уже нет…
— Знаю еще председателя правительства, — сказала девчонка. — Анатолий Чубайс.
— Ни фига себе! — Степан не мог поверить.
— Да, точно. Чубайс. А возле него постоянно мелькает личность такая, не помню должность, звать его… сейчас… во, Борис Березовский! Причем создается впечатление, что не рядом крутится, а впереди.
— А у нас правительством командует Медведев.
— Кто это?
— Юрист из Питера, Дмитрий Анатольевич. Второй в тандеме. А президентом снова Путин.
— Не помню таких, — она нахмурилась. — Министры в телевизоре меняются, аки перчатки, всех не упомнишь. Только директор ФСБ сидит крепко. Генерал Калугин, старый хрыч.
— Кажется, у нас кто-то другой, — пробормотал Степан. — Фамилию забыл.
— Я тоже за политикой особенно не слежу.
— А год, год какой у вас?
— 2013 год.
— И у нас 2013! — он облегченно вздохнул. — Хоть это совпадает, господи прости… Страна, надеюсь, Россией называется?