На стене, подсвеченной сиреневым цветом, проявился знакомый темный квадрат. Девчонка подхватила несколько пакетов, улыбнулась ободряюще, и растворилась в стене. Чернота даже не шелохнулась, она просто поглотила свою добычу. Именно так показалось Степану — хапнула, не подавилась, проглотила без ряби.
Стало жутко. Тем не менее, он выполнил задачу, в быстром темпе сбрасывая сумки, пакеты и рюкзаки. Оглянулся, вздохнул, помедлил… и отошел от черного квадрата. Отошел по простой причине, следуя стереотипу — с разгона в холодную воду прыгать всегда легче.
Прыгнул. Темнота обступила со всех сторон, заклеила глаза, залепила уши полнейшей тишиной. Она ощутимо обтекала, подтверждая движение вперед и вниз, движение медленное, но никак не хотевшее кончаться. Обволакивая липким одеялом, чернота растворяла в себе, даже мысли делая мрачными и тягучими. Ослепительная до ужаса темнота была мертвой, зловеще неживой, но явственно шептала призывы сдаться. Кому ты нужен, человечек? Мир велик, а ты песчинка в бездне мрака. Зачем кричать, и кто тебя услышит? Смирись! Какой толк бороться, когда сопротивление бессмысленно?
Навалилась горечь. Стало невыносимо жаль, что многое в жизни не успел. Нет, что-то сделал, конечно, но разве это дело⁈ Так, крохи… Безысходность давила до слез. Блин, да просто пожить не успел! Помещение под офис так и не выкупил, хотя всю черновую работу давно проделал. Дочку в первый класс не повел. Новоселье, черт возьми, не справил! И с инопланетянкой не переспал… А так хотелось!
Справка. Страх имеет над нами больше власти, нежели надежда.
Сделай первый шаг, и ты поймешь, что не все так страшно.
Глава 40
Эпизод 40.1
Начало путешествия.
В себя пришел на полу гаража. Грохнулся ощутимо, напрочь забыв про метровую высоту. И не мудрено, как тут упомнишь? Казалось, целый час шел, шел, пропотел насквозь! Тело ломило, словно не сквозь стену прошел, а через мясорубку. Хотя из мясорубки, наверное, живыми не выходят. Черт его знает, но раненую ногу прокрутили там не раз.
— Ну как ты, Степан? — услышал он Сашин голос.
Девчонка деловито перекладывала пакеты на заднем сиденье.
— Прошу считать меня коммунистом, — охнув, Беседин поднялся с видимым трудом.
— Больно сильно?
— Не то слово. Будто без парашюта с вышки сбросили, — он осторожно ощупал ногу. — И еще мне удалось познать, что такое тоска смертная. Оказывается, не ради красного словца существует этот оборот речи.
— Кто-то на подобную тему заметил: «если долго смотришь в бездну, то бездна начинает всматриваться в тебя».
— Правильно заметил. Эта чертова бездна в душу чуть не влезла!