Дело принимало интересный оборот. Главное — чтобы он не вкурил про моё пари с Коброй. Узнает — начнёт палки в колёса совать со всем своим энтузиазмом. А у меня сегодня день особый — первое дежурство в этой жизни.

Ух… Прям в груди щекотно, но приятно. Как будто не в отдел пришел, а на прыжок с парашютом.

* * *

Перед суточным дежурством, как водится, дежурная смена выстроилась в коридоре на развод. В одну шеренгу: следственно-оперативная группа, она же СОГ, дежурный инспектор ПДН, трое бойцов ГНР, она же группа немедленного реагирования (мы в свое время называли её «гонорейка»), дежурная смена ДЧ, дежурный водила и прочие причастные. ПСС и ДПС отсутствовали, они позже заступали.

Времена меняются, а утренние разводы — нет. Всё те же серые стены, сотрудники в ряд у затертого плинтуса, ответственный от руководства и строевая тишина, натянутая, как барабан.

Дежурный, майор Ляцкий, вышел с папкой и начал привычно бубнить сводку за прошедшие сутки:

— … разбитое стекло на первом этаже торгового центра, подозревается неизвестное лицо, приметы… далее — изъято наркотическое вещество на Механической весом… драка в малосемейке… Так, кража телефона из детской поликлиники…. грабеж возле бара «Звездный», заявитель не опознал никого… Далее — обнаружен труп без признаков насильственной смерти, личность не установлена, материалы переданы…

Фомич, наконец, закончил. Я стоял не в строю, а рядом, пытался слушать, но от его бубнежа уже начинал клевать носом.

Мы его ещё в девяностые, помню, Гипнотизёром звали. Если сводка больше двух страниц — всё, туши свет. Даже если про поножовщину и глухари — он умудрялся подать это так, будто цену на гвозди зачитывает. Спокойным, ровным и безотказно убаюкивающим голосом.

Когда он замолк, строй почти незаметно выдохнул с облегчением. Но ненадолго. Потому что из-за его широкой спины вышла Кобра. Шла, не спеша, с прямой спиной и пытливым, сканирующим взглядом.

Вот она, началась настоящая проверка готовности дежурной смены к несению службы.

— Где форма? Почему китель мятый? — устроила разнос Оксана. — Ботинки грязные, почистить. Пуговицу пришить. Почему без оружия?

— Виноват! — оправдывался участковый. — Не успел получить…

— А голову не забыл получить?

Пальцем не тыкала, не кричала, не срывалась, а спокойно и холодно указывала, но так, что всем становилось не по себе.

М-да… мужика надо Оксанке… Как фурия злая ходит.

Она тем временем подошла к Машке — та стояла почти в конце строя. В форме с погонами юстиции с синим кантом. Лейтенант, как и я.

— А ты, рыба моя, — сказала Оксана, остановившись, — готова заступать?