— Правда? — Ваня аж захлопал глазами и посмотрел на меня с преданностью щенка.
— Конечно. Ну… выкладывай. Кто эта счастливая избранница?
Главное, чтоб не та кукла из СК — так сильно даже мне не под силу «переформатировать» этого душку. Корюшкин попыжился ещё и выдал:
— Оксана Геннадьевна…
Глава 3
Я невольно кашлянул в кулак, чтобы не фыркнуть.
— Э-э… Ну-у… Губа не дура, Ваня… Но знаешь, кхм… Оксана Геннадьевна — она… она взрослая. Понимаешь? По возрасту тебе не совсем подходит.
— Мы ровесники, — тихо проговорил он, опустив глаза, будто оправдываясь.
— Да?.. Хм… Ну, обычно мужчина выбирает женщину помладше… Да и Кобра — она вся в работе. Ещё бывает, как взорвётся, покроет матом, и не разбирает, кто перед ней — начальник или стажёр. Дома она, скорее всего, такая же. Точно тебе говорю.
— Мне нравятся такие женщины, — мечтательно закатил глаза Ваня. — Сильные, уверенные… Такие, чтоб можно было смотреть снизу вверх… Как на маму. В переносном смысле, конечно.
Я и сам посмотрел на него построже.
— Так, Ваня! Мы не маму выбираем, а… ладно, кому я объясняю, так что идём по порядку. Давай ещё попробуем, — прищурился я. — Ты сказал, что тебе две женщины импонируют, так сказать. В нашем отделе… Кто вторая?
— Не то чтобы она прям нравится… Но… так, ничего такая… — замялся он.
— Говори, Ваня, говори. Попа, грудь есть — считай, симпатичная.
— А мозги? — выдохнул Ваня. — Интеллект… Разве это не важно?
— Если и мозги присутствуют, тогда вообще — красавица. Но не это главное, ты ж не команду для «Что, где, когда?» собираешь.
Эксперт поморщился.
— Ну вот в том-то и дело, что у второй — уровень интеллекта, мне кажется, пониже, чем у Оксаны Геннадьевны…
Я тяжело вдохнул, не очень-то и сдерживаясь на этот раз.
— Маралий корень, Ваня! Тебе с интеллектом детей рожать? Тебе подруга нужна или в шахматы играть? Как ее имя, говори уже.
— Мария, — выдохнул он, собравшись с духом. — Ситникова.
— Кто?
— Ну… Маша. Из следствия. Блондинка…
— А-а… Машка… — я даже опешил.
Он во всех моих женщин влюблен что ли? Вот так принесло.
— Ну-у, во-от… — аккуратно подбодрил я его. — Уже лучше. Я имею в виду — это ж уже синичка вполне себе, не журавлик. Реальная. И с характером.
— Она улыбчивая, — как-то тихо, почти по-девичьи сказал Корюшкин. — Когда не орёт на меня.
Я хмыкнул и хлопнул его по плечу:
— Ты ее не беси, и все тип-топ будет.
— Только Мария меня не замечает, — вздохнул Ваня. — Я как-то на происшествии… ну, вместе выезжали. Сгонял в ларёк, купил ей чебурек, предложил — а она что?
— Что? — эхом переспросил я.
— Рассмеялась.