Мужик тем временем продолжил:

— Чертово железо, даже в режиме остановки временного потока умудряется ржаветь и разваливаться! Кривым ложноножкам систем авторемонта нужно время для устранения последствий энтропийного распада.

Свет вновь моргнул, и в зале возникла умопомрачительно красивая женщина в белом лабораторном халате. Не девушка, а именно Женщина с большой буквы. Одного взгляда хватило чтобы понять, что предо мной концентрированная сексуальность и женственность, помноженная на высочайший интеллект. Смертельно опасный коктейль для любого мужчины. Высокая, стройная, с полной грудью, проверяющей на прочность застежки халата, опускающегося ниже колен и скрывающего стройные длинные ноги ровно настолько, насколько необходимо, чтобы разыгравшееся воображение могло дорисовать их соблазнительный контур. Славянское открытое лицо с огромными карими глазами и чуть полноватыми губами притягивает взгляд до судорог глазных мышц. Русые волосы затянуты в тугую косу, что словно змея струится до самого пояса.

— Увы, мой дорогой Аркадий, но стазис режим не идеален. Мы так и не смогли добиться полной остановки временного потока, а лишь замедлили его на 98,6% от средней скорости потока нашего сектора вселенной, — произнесла она, и этот томный голос словно обволакивал, — и не дает гарантированной защиты от энтропийного воздействия.

Я аж встряхнул головой, сбрасывая очарование этой Афродиты, чем привлек ее внимание.

— Ой, — она прижала аккуратную ладонь с длинными тонкими пальцами к сочным губам, а я сглотнул вставший в горле ком.

— Ха-ха-ха, — захохотал Аркадий, — все, Елена, прекращай свой театр, а то парнишка рассудком тронется, не дай бог. Твои чары самого черта могут в могилу свети.

И тут же обратился уже ко мне:

— Ты прости нам этот маленький театр, у всех есть свои маленькие слабости. В нашем случае, это человеческие эмоции. Просто человеческий разум необратимо распадается при погружении в стазис, и не имеет значения живой ты человек или электронный призрак, а бессмертие жутко скучная штука.

Молодцеватая бесшабашность на его лице сменила бездонная тоска.

Елена подошла и опустилась в кресло рядом с ним. Взяла его руку и произнесла с безграничной нежностью, на которую способна лишь по-настоящему искренне любящая женщина:

— Аркадий, прекрати. Я рядом!!! Ты ведь помнишь: вместе навсегда!

Она прикрыла глаза и положила голову ему на плечо, а я почувствовал себя здесь лишним.

— Конечно помню, моя звездочка! — ответил он с неменьшей нежностью в голосе, — Леночка, ты не забыла за полторы тысячи лет, что гостей принято кормить. Капитан полсотни километров по джунглям протопал, поди готов живьем сожрать Лирианскую мантикору, не обдирая чешуи. Да и горло промочить не помешает. Праздник как-никак. Не часто гости в наш дом в последнее время захаживают.