— Но мы ведь пообещали им, что больше не будем перемещаться между мирами! Опять ложь?

— Все врут, Константин. Все вокруг. Это нормально. Правду только в плохих фильмах сразу рассказывают.

«Все врут»… Костя мог поклясться, что совсем недавно Кэт сказала ему то же самое! Вот, значит, откуда ноги растут…

— И вы… тоже врете.

Толстяк вновь достал сигарету. Этот разговор и «правильность» парня начинали утомлять.

— А что касается данныхим обещаний… Когда речь идет о бессмертии, на обещания можно забить! — отчеканил Федор Ильич и закурил. — Тем более они сами не пользуются ЦБ-чипами. Секретная, видите ли, разработка, запрещенная местным законодательством для массового производства. Вот и лежат готовые и полностью рабочие образцы где-то в тайных правительственных хранилищах, пылятся… К слову, в том мире ни интерфейсов, ни чип-устройств не изобрели, развитие пошло по иному пути… поэтому их «чипы» — не чипы в нашем привычном понимании! А скорее сферообразный механизм. Но вот зато «начинка»… — И многозначительно замолчал.

Костя не разделил его тихого энтузиазма.

— Ну заполучите вы цифровое бессмертие, и что? В любом случае Земле конец! Значит, и вам тоже! Так для чего это все?

Федор Ильич ответил не сразу. По-прежнему сидя в своем крутящемся кресле, он неспешно смаковал сигарету, словно она источала не едкий дым, а божественное благоухание.

— Что ты знаешь о катастрофе, Константин? — в конце концов спросил он.

Яковлев скосился на свой чип информации:

— Все!

— Уверен? — хитро оскалился толстяк. — А если я шепну тебе… что катастрофы не было?

— То я не поверю. Вы врете. Все врут.

Понтифик рассмеялся то ли от наглости парня, то ли от его проницательности. Сказал:

— Вру? Ну слушай тогда! Про цифровое бессмертие ты уже знаешь. И знаешь о том, что, как я и говорил, правительственные хомячки разрабатывали ЦБ-чип ровно, — задумался он, считая в уме, — ну да, ровно тридцать лет, не соврал! С конца девяностых, в общем. По задумке, чип должен был быть доступен только так называемому «золотому миллиону», то есть самым богатым и влиятельным людям мира. Не Северогорска, Константин — мира!

— Я понял, необязательно повторять дважды.

— Но оставалась одна небольшая проблемка —чернь могла возмутиться, что чипы доступны не всем! Вечно жить ведь все хотят, не только богачи!.. И, чтобы будущие протестные настроения в народе свести к минимуму, Мировое Правительство — назовем его так! — заранее приняло отчаянное решение — плавно и незаметно установить во всем мире жесткий тоталитарный режим, первым шагом к которому должны были стать обязательные тяжелые, ежедневные, а главное, объединяющие людей работы. Но как заставить чернь трудиться добровольно, не из-под палки?