— Откуда здесь стена⁈ — Костя в отчаянии ударил по ней кулаком — спасение было так близко! Затем еще раз и еще. — Зачем ты здесь стоишь, сука⁈

— Это не просто стена. Это высокий трехмерный экран, — пояснил Федор Ильич. — Как у тебя в квартире вместо окна, только в разы больше. Такие экраны сплошняком стоят вдоль дороги и симулируют местность и окружение… Кстати, Константин, поздравляю — теперь ты знаешь о нашем мире лжи еще чуточку больше!

Видя, что его удары не приносят результата, Яковлев повернулся и, прижавшись спиной к гладкой холодной поверхности экрана, злобно сжал кулаки:

— Ну⁈ Что дальше⁈ Убьете меня⁈

Понтифик покачал головой:

— Нет, я не буду убивать тебя. Это слишком просто. Хочешь знать, что будет дальше? В этом оружии, — продемонстрировал он свой пистолет, — находится сильнейшее психотропное лекарство. Всего один выстрел, и ты станешь овощем. Парализованным и немым овощем… Да, сначала, после выстрела, будет боль. Сильная боль! Но через несколько минут ты отключишься. Заснешь. А проснувшись, даже и не вспомнишь, кем был до этого! Потому что я сделаю то, что пообещал тебе еще в ретроклубе, до того, как ты решил сначала сбежать, а потом и пристрелить меня! Я сотру тебе память, Константин! Ты же заметил, что я люблю это делать? Очень люблю! Кстати, для тебя у меня готова особая история, можно сказать, биография! Ты — сирота-инвалид, парализованный с самого детства, а я всю жизнь о тебе забочусь, поэтому ты мне о-о-очень благодарен. А еще ты — постчеловек, который беспрекословно выполняет все мои задания и указания! Потому что для тебя это единственный шанс ходить, разговаривать, да и вообще чувствовать себя полноценным человеком! Не здесь, так в параллельном мире! — Мужчина самодовольно рассмеялся. — Видишь, как легко я распоряжаюсь чужими судьбами? Учись, пока я жив, салага!

Договорив, Федор Ильич передернул затвор пистолета, а Костя подумал, что рыпаться нет смысла — толстяк не производил впечатления человека, способного промахнуться с семи метров. Конечно, всегда оставался вариант попробовать вернуться на дорогу, кинуться в бой и отнять оружие… Но план выглядел так себе, учитывая наличие Кондора! Поэтому — будь что будет!

— На самом деле, Константин, мне тебя даже немного жаль. Со своими способностями и мышлением ты мог бы неплохо устроиться в жизни, но этот твой характер… Поближе подойдешь? Или останешься там? А может, желаешь подползти ко мне на коленях и умолять о пощаде?

— Пожалуй, я останусь здесь.

— Я уважаю твой выбор. Прощай, Константин! — Федор Ильич поднял пистолет. — Скоро я скажудругому тебе : «Здравствуй!»