— Следователь занят. О вас, Роман, мне ничего не сообщалось!

Или:

— Следователь в командировке! Когда будет — не знаю.

Было ясно одно: следствие намеренно буксовало и ожидало чего-то. Может, все вообще сойдет на нет, а может, они что-то задумали. Последнее меня беспокоило.

Когда Алю выписали, мы встретились снова. Я и сам хотел поговорить с ней, понять, как Салазар уговорил ее помогать себе. Возможно, девушка может дать мне еще какую-то полезную информацию. Однако, я удивился, когда она позвала меня в родовое поместье Селиных.

— Я не пропадала на поле. Я дезертировала, — опустив глаза, проговорила Аля, — дезертировала, когда встретила его.

Мы сидели в большом кабинете. Уставленный дорогой мебелью из ценных пород дерева: большим столом, полками с книгами, шкафами, пустующим мини-баром и даже деревянным глобусом, кабинет все равно выглядел так, будто тут бывали редко.

Задернутые шторы, пыль, легкий беспорядок — все показывало, что даже прислуга сюда не заходила.

— Кабинет отца, — Аля осмотрелась, — все сохранено так, как было, в тот день, когда папа в последний раз работал за этим столом.

— Соболезную вам, — проговорил я, сидя в мягком кресле. Девушка же расположилась на месте своего отца, — Валя рассказывала мне вашу историю. И показывала шрамы.

— Шрамы? — Аля изломила бровь, — интересно, при каких это обстоятельствах?

— Пыталась переспать со мной за то, чтобы я взял ее на миссию. Но я отказал.

Аля нахмурилась. Некоторое время молчала. Кажется, она была немного шокирована тем, на что была готова ее сестра, чтобы поучаствовать в операции по ее же спасению.

— Проклятье, — она выдохнула, опустив подбородок, закрыла глаза, — если бы я не затеяла все это… Она бы не пошла на такую авантюру. Но, — Аля взглянула на меня, — спасибо, что не согласился.

— Может быть, и нужно было взять ее с собой, — я отрицательно мотнул головой, — тогда Салазар не получил бы ее себе.

— Получил бы, — она сжала губы, — получил бы, Рома. Я единственный человек, что был добр к Вале. Единственный, кто у нее есть. Она верит мне, и пойдет за мной куда угодно. Моя вина, что она в руках Салазара. Если бы не та интрижка… Но я и подумать не могла, что все зайдет так далеко.

— Мы вернем ее, — твердо сказал я, — будь уверена.

Аля молча встала. Ее длинные, волосы закрыли глаза. Опустив голову, девушка прошла к зашторенному окну, слегка сдвинула штору. Серый уличный свет сделал лицо Алевтины еще более бледным.

— Это моя вина. То, что Валя попала к нему в руки. Только моя и все. И я должна сама вытащить ее. Прошу, не прерывай, — она метнула в меня взгляд, когда я тоже поднялся, — пожалуйста, Рома, дай сказать.