— Не очень… разумно, — осторожно вставил Владимир.

— Жрецы нас боялись, — хмыкнул бомж. — И самое главное — не понимали размеров своей власти. Мы могли вертеть ими, как хотели. Однако была одна маленькая загвоздка… Мы изменили русло реки.

— Что?

— Новое русло — это жрецы. Через столетия старое русло полностью пересохло и полностью исчезло. Мы разучились получать энергию от людей напрямую, без жрецов. Со временем они стали не просто прокладкой между человечеством и Богами, а единственной связующей нитью.

— Ну, если вы изменили русло один раз, то и второй у вас тоже получится, — возразил Владимир. — Не вижу ничего страшного.

— И зря, — бомж оскалился и спросил: — Ты уже забыл, что сотворило со мной одно твоё крохотное сомнение?

— Сомнение? — глупо переспросил Владимир, и в следующую секунду его озарило. — Погоди, погоди… Так тот приступ, который с тобой случился… Я дышать не мог и думал, что умру… Это из-за меня? Потому что я засомневался, что ты настоящий Бог?

— Верно, — подтвердил бомж. — Мы поддались тщеславию и надменности, стали слишком заносчивыми. Мы считали, что нам ничего не грозит. В конце концов, мы стали полностью зависимы от людей.

— От жрецов, ты хотел сказать? — поправил Владимир.

— От людей, — покачал головой бомж. — Мы получали энергию только от вас. Ваши подношения — неиссякаемый источник магии, так зачем тратить время на что-то ещё? Никто не задумывался, что жрецы могут исчезнуть. Умереть. Все и разом. В таком случае поток энергии прервётся, а пополнить её будет негде. Ерунда. Такое невозможно. На такое способен разве что Бог… — бомж открыл глаза и с прищуром посмотрел на Владимира. — Но даже Бог не сможет уничтожить всех жрецов на всей планете. Пантеоны двух-трёх стран — это предел. Просто представь: он убивает их жрецов, и об этом моментально узнают все остальные Пантеоны всех других стран. Это прямая угроза. И Боги не пустят её на самотёк. Так что смысла в этом немного. В мире воцарилось равновесие. Гарант мира и спокойствия. К тому же нового жреца можно создать очень быстро… Если ты, конечно, будешь в состоянии двигаться.

Владимир долго смотрел на бомжа, осмысливая услышанное, и наконец сказал:

— Ты боишься.

— Даже Боги боятся смерти, — бомж слегка постучал пальцем по своему лбу. — Я слишком часто думал об этом. Мне кажется чересчур рискованным держать все яйца в одном лукошке. Все жрецы на виду. Их даже не нужно искать. В любом Храме лежит книга с именами. Но твоего имени там нет, — бомж указал на Владимира, и в его глазах вспыхнуло удовлетворение. — Ты — мой запасной жрец. Сейчас толку от тебя мало, однако, если остальные жрецы умрут, ты позволишь мне выжить.