Управляющий внимательнейшим образом осмотрел камни и отложил приборы:
— Я должен переговорить с владельцем. Вас устроит подождать, либо мы пришлём к вам курьера в удобное для вас время?
— Я подожду.
Около четверти часа продолжались внутренние переговоры, затем мы подписали договор о купле-продаже с подробной описью камней, после чего мне была предоставлена оплата: небольшая часть — пачками наличных денег, а основная — чеками банка (что удобно, того самого Земельного кредитного банка, в котором моё имение заложено). Может, матушка праправнука беспутная (или невесткой её для удобства называть, что ли?) не одна такая была, и у них тут повально принято имения в заклад оформлять? Оттого и чеки такое хождение имеют?
Шут его знает, да и неважно, в самом-то деле. Главное — на выкуп имения хватало! И даже изрядный излишек оставался.
— Теперь второе дело. — Я достал из кармана пару каплевидных рубинчиков. — Это нужно вправить в серёжки. Не особо тяжёлые, потому что носить будет девочка. Но и не простой гладкой формы. Мне бы хотелось что-нибудь затейливое, со сканью, с зернью. И неповторяющееся, — заметил я, увидев, что управляющий взялся за каталог.
— Что ж. В таком случае, к завтрашнему вечеру будут изготовлены несколько эскизов и направлены курьером в ваш особняк, чтобы вы могли определиться с выбором.
— Вот и славно.
И тут началась какая-то подозрительная суета.
10. САЛТЫКОВСКИЕ ПРИТЯЗАНИЯ
ЗАСУЕТИЛИСЬ
На столе управляющего загорелась маленькая красная лампочка. Из магазина раздались возмущённые голоса.
— Прошу меня простить, ваша светлость, одну секунду!
Сухонький дядечка выскочил в зал, не до конца прикрыв за собой двери. Голоса разом сделались громче. Все чего-то требовали. Одни — выдать кого-то, другие — убраться по-хорошему, покуда царская стража не явилась. Высокий мужской голос призывал господ успокоиться и не доводить до конфликта.
— Может, выйти да вмешаться? — негромко предложил Кузя.
— Сиди уж! Знаю я тебя, все витрины им поломаешь. При таких товарах у них своей охраны должен быть целый отряд, разберутся.
— А если не разберутся? — Кузьме явно хотелось выскочить да выпрыгнуть.
— Вот если не разберутся, тогда уж мы впишемся. А пока сидим. Чай пьём с лимонами да печеньями. Хочешь?
Меч только фыркнул.
Минут десять крики продолжались с разной степенью напористости, потом, вроде, стихли. Слегка взъерошенный управляющий поспешно вернулся в кабинет:
— Прошу прощения, ваша светлость! — Он несколько нервно сжимал руки.
— Какие-то проблемы?
— Н-нет… М-м-м… Да. Да, проблемы. Мне-е… право, крайне неловко…