— Я понял… — и он начал отдавать мне последние крохи своей энергии. Всё, сколько оставалось. Страшно было, пиштец. Если я не успею дойти — всё. Упадёт моя пустая оболочка рядом с Кузьмой, превратившимся просто в железяку. И так мне стало… словно я из ребёнка своего кровь цежу.
Я подхватил зеркало левой рукой, правой вытер пот со лба и толкнул ногами землю. Гигантский прыжок закончился на небольшом холме.
— МА-АР-ВА-А-РИ-ИД!!! Я несу тебе зеркало!!!
18. А ЗАКОНЧИЛОСЬ ВСЕ ХОРОШО. В ЭТОТ РАЗ
ПОДАРКИ ТЬМЫ
От вопля, пронёсшегося по долине, казалось, сбились со слитного шага колонны големов.
— МА-АР-ВА-А-РИ-ИД!!! Кто не спрятался, я не виноват!
И ещё один гигантский прыжок, оттолкнуться от спины шеду, удачно оказавшегося под правой ногой, ещё прыжок…
— И куда ты так спешишь? — шелестящий голос, раздавшийся прямо в голове, заставил споткнуться.
В толпу зомби я влетел уже кувырком. Сноп молний — и если вы думали, что если маг упал, его можно добить, то хрен вам! Вокруг падения — выжженная площадь.
— Какой горячий! — теперь в голосе слышится слабая улыбка. — Иди на юг. Тебя не тронут. Слово.
«Слово». Ага. Я медленно направился к строю зомби. С неприятным шелестом неумершие освободили широкий проход. Главная улица к личу. Ну… не этого ли мы хотели?
Я пошёл по коридору: в одной руке Кузьма, в другой — Зеркало Марварид. Через полчаса увидел огромную терракотовую черепаху, на спине которой возвышался трон. Спросил… сам себя, наверное:
— Интересно, а почему мы её не заметили раньше?
— Вы и не должны были меня видеть.
Ядрёна-Матрёна, какой же неприятный голос, словно песок пересыпается. Но, улыбаемся.
— Многоуважаемая, я принес вашу потерю.
— Оно было не потеряно, а украдено.
Тёмно-синяя тень, колышущаяся на троне, давила мощью. Я шёл словно сквозь воду, продираясь сквозь вязкий воздух.
— А это, знаете ли, не моя проблема, моя задача — вернуть, — едрид-мадрид, чего она тут магичит, аж ноги подгибаются! — Многоуважаемая, а не могли бы вы это… ослабить маленько, а то я к вам просто не дойду.
Давление ослабло так внезапно, что я чуть не упал вперёд, едва успев опереться на меч. Шелестящий смешок.
— Ты извини старуху, развлечений мало, а ты такой забавный.
— Рад, что вам понравилось, — я доковылял до черепахи, опустился (честно скажу: рухнул) на одно колено, протянул Зеркало: — Многоуважаемая, возвращаем вам ваше.
Древний артефакт взмыл с ладони, подлетел к личу и исчез в складках теней. Давящий смертный купол как будто немножко ослабел.
— А ты хорош. Молодой, наглый. Зря говорят, что дурак… — она вдруг наклонилась ближе: — Хотелось бы взглянуть… на часть твоей души.