— А как вы управляете сразу несколькими клинками? Я видел, как вы используете десять. Ваш отец, по словам вашего брата, мог контролировать четырнадцать. Как это возможно?

А’Шир задумался на мгновение, затем ответил:

— Сначала учишься одному, потом добавляешь второй, третий… Со временем их количество перестает иметь значение. У каждого свой предел эффективности — я могу использовать и двадцать клинков, но буду мешать сам себе. Мой отец видел бой лучше, и пользовался четырнадцатью, — горец почесал подбородок. — Все зависит даже не от контроля, а от силы твоего разума.

— Один, потом второй. Как все просто… — пробормотал я.

— Все так, — улыбнулся А’Шир.

Я задумался, глядя на пламя костра. Их стиль, хоть и имел недостатки, был удивительным сочетанием силы и разума, и мне хотелось научиться этому. А недостатки… Когда их видишь, это уже половина работы.

После разговоров настало время вечерних тренировок и спаррингов, и теперь уже А’Шир страдал больше всех, пытаясь освоить клинок с рунами, что я ему подарил. Там руны только «камень» и «острый» — и как он подавал в него ци, я так и не понял.

— Керо, а как ты дышишь? — спросил он меня, вновь услышав вопрос про подачу ци. — Объясни мне, как ты управляешь сердцем, чтобы оно билось?

— Но я не делаю этого специально, — поморщил я лоб.

— Вот в этом и дело, — вздохнул А’Шир. — Научись чувствовать «руку силы», как я, и ты тоже поймешь, как дышать.

Дни с горцами текли размеренно, словно вода. Каждое утро начиналось с медитации — я учился чувствовать клинок с помощью «Руки силы». Как сказал А’Шир на следующее утро: «Почувствуй дыхание металла».

К третьему дню я уже мог вести «Рассекающий Ветер» плавно, почти без рывков, но всё равно не так искусно, как горцы. Их клинки двигались с грацией живых существ, будто птицы в небе. Мои же попытки выглядели, словно я пытался писать левой рукой. Очень старательно.

Когда я попробовал взяться за второй клинок, то сильно рассмешил А’Эрту. Та обычно держалась так, чтобы ее было не видно и не слышно, а тут рассмеялась, когда у меня клинки столкнулись в воздухе и вместе упали.

Днем была охота, а вечером — разговоры и спарринги.

Горцы чувствовали ритм боя гораздо хуже меня — со второго дня я смог побеждать близнецов на одном клинке без проблем. Когда они использовали два клинка, я только отбивался, а против трех — проигрывал.

Ну и разумеется, я играл по их правилам — стоять на месте, скрестив руки. Если бы я использовал «Шаг Морозного Лотоса» и меч в своих руках, я бы победил и шесть-семь клинков без проблем.