Телега вдруг резко встала, заржали лошади в упряжке, послышались гортанные крики и резкие команды солдат. Что-то свистнуло, зажужжало… по борту тяжело ударило. Вот оно! В мозгу вспыхнуло алыми буквами «Беги!».

Мне на выход, я расщелкнул пальцами браслет на свободной руке, и, сорвав с башмака одного из одурманенных узников пряжку, принялся вскрывать запор на втором браслете. Сработаны оковы были весьма топорно, простейшая заглушка блокировалась клином и двумя распорами, и стоило выдавить одну из них, как путь к спасению был открыт.

— Как ты это сделал? — опешил Крос. — Я бровями-то еле шевелю.

— Мир не без добрых людей. — В следующий момент я сделал то, о чем, возможно, пожалел бы в дальнейшем. Развернув лысого к себе, я в два счета расправился с его оковами. Тот болезненно всхлипнул и ткнулся лицом в доски, однако очень быстро пришел в себя.

— Не знаю, кто ты, Кот, но век тебе этого не забуду. — Бросившись к борту, Крос отодвинул край тряпки, прикрывающей фургон сверху, и довольно кивнул.

— Что там?

— Конвой впереди. Похоже, что-то не поделили с разъездом местного барона.

— А что вокруг?

— Да кусты вокруг, колючие, и через пару полетов стрелы Красный лес.

— Какой?

— Красный. Нехорошее место для простого человека, но лучше, чем тюрьма, в которую нас везут. Твои благодетели не удосужились сказать, куда тебе драпать?

— Есть у меня записка…

— Мама дорогая, он еще и читать вздумал. Бежим отсюда, Кот, пока не поздно. Похоже, конвой и разъезд почти договорились.

С этими словами Крос, откуда только силы взялись, лихо перескочил через борт и исчез в ближайшем кустарнике. Засунув записку глубже в сапог, я последовал его примеру и, очутившись на земле, нырнул в густые колючие заросли. И вовремя. Не знаю, в чем была заминка, однако очень быстро послышался конский топот, и, скрипнув колесами, телега тронулась дальше. Все это время я предпочел лежать лицом в траве, ведя себя как можно тише, и рискнул поднять голову только тогда, когда шум от конвойного обоза затих вдали. Обернувшись, я с удивлением обнаружил, что Крос уже на ногах.

— А я тебя знаю, — вдруг выдал лысый. — Ты же их этих, из магов-отшельников.

— Из кого? — поперхнулся я.

— Ну, из тех, настоящих, — оскалился мой новый знакомый. — Я же тебя лет пять назад видел. Мор был, скотина дохла почем зря, а ты пришел в наше селение, что-то поколдовал, и мор прошел. Только поздно ты явился, маг. Моя-то корова да лошади уже с надутыми животами гнили за частоколом.

В голосе Кроса я почувствовал явную угрозу, однако недавний друг, а сейчас, похоже, враг, нападать не спешил. Серые, глубоко посаженые глаза внимательно следили за мной, ловя каждый шаг, каждый вздох, движение каждой пряди моих волос в порывах ветра.