Левая, нормальная рука поднялась, и вокруг кулака сгустилась тьма, черная, непроглядная. Ударил холодный ветер, небо, еще несколько секунд солнечное, заволокло свинцовыми тучами, и повеяло такой тоской и отчаянием, что даже меня проняло. Смех мгновенно прекратился, бандиты как завороженные уставились на сгусток тьмы у меня в кулаке.
Ухмыльнувшись, я поманил белой конечностью узкоглазого, и тот, очевидно против своей воли, сделал ко мне шаг. На лице разбойника отразился ужас, в глазах сверкнула паника, однако тело, безвольное, кукольное, продолжало свой обреченный марш, пока не оказалось рядом со мной. Свесившись с Черныша, я улыбнулся и отпустил тьму, а та приземлилась ему на голову.
Как он кричал, господи! Я никогда не слышал такого отчаянного вопля обреченного существа. Мрачное колдовство, окутав тело бандита, закружилось в вихре, набирая обороты и стремительно превращаясь в смерч. Где-то громыхнуло, ветер усилился и начал пронизывать до костей, вой истязаемого перешел в визг и вдруг затих. Солнце выглянуло из-за туч, стало теплей, мое колдовство рассеялось, и на месте, где когда-то был человек, появилась окровавленная груда костей. Был человек, и нету. Все просто. Все по Дарвину.
Глава 14 Когда все довольны, кроме тебя
Все были довольны, кроме меня. Коба безумно радовался, ходил гоголем и был безмерно горд за хозяина. Вообще он выступал вроде заботливой наседки, переживающей за своего цыпленка-некроманта, и тем немного меня смущал. Принц радовался, что на его стороне появился великий маг и волшебник, способный и человека убить, и дождик устроить. Солдаты опального Илинорского гарнизона были преисполнены мне благодарности за то, что выходка, безумная, но «выгоревшая», позволила им не вступать в заведомо проигрышное сражение. Бандиты и те были чему-то рады, и кого-то вздернули на суку, на радостях. Одному мне было невесело.
Причиной грусти был механизм колдовства, понять который полностью я не мог и потому искренне его опасался. Я отчетливо понимал, чем чревата сила в неумелых руках, а ее, как показала практика, у меня было немало. По факту я попал на пульт, запускающий баллистические ракеты и делающий кофе, и первая часть кнопок на нем отвечала за ароматный напиток, а вторая за уничтожение цивилизаций. Интуитивно я продолжал варить кофе, но стоило неловко повернуться, зацепить что-то локтем, и можно было организовать новую Атлантиду. Отчаянно требовалась инструкция или бывалый служака, способный пояснить, что тут к чему.
Все, по крайней мере, известные «инструкции по применению» хранились в библиотеке Илинора, куда мне, по понятным соображениям, хода не было, а из наставников были только белые маги. В лучшие времена я бы, возможно, обратился и к ним, но сейчас это было равносильно самоубийству. Был, впрочем, один опальный товарищ, находящийся в заключении. Звали его Черный Ворон, и нужно было только найти его темницу, вызволить несчастного да набраться от него магической мудрости и техники дела. Мертвец тоже недвусмысленно намекал мне на него, говоря от имени Горта, однако и тут была очевидная проблема. Я решительно не понимал, с чего начать поиски. Кот спрашивал мертвецов, он это умел, а вот я пока что импровизировал, и все это происходило без желаемого результата.