Хотя какой смысл от этой убойности, если мы находимся в воображаемом мире?

— Этот мир не совсем воображаемый, — поправила меня Эвелина, — Свой «кокон» ты тоже назовёшь воображаемым миром?

— Ну, не совсем, — усмехнулся я, — Это скорее норка, где прячется сознание.

— Вот и здесь… норка.

Да пробоину мне в имплант! Я сразу же закрутил головой, окидывая огромное пространство. Да какое огромное?! Это же целый мир.

И вот это всё — кокон богини? Место, где она прячет своё сознание от чужого воздействия?

А впрочем, где мы, смертные, а где боги? Вот такие вот они, «ментальные коконы» богов.

— Это… ну… впечатляет, — я кивнул со знанием дела, как специалист в беседе с коллегой, — Только тут у тебя, я бы сказал, проходной двор какой-то.

Все мои видения, с Василием, или с осколками лун, вылетающими из Пробоины, все они были здесь, в этом месте. Я откуда-то твёрдо это знал.

Ещё тут были толпы людей, и незнакомец в плаще с соседней дюны вечно спрашивал: «Здесь нужен привратник, не так ли?»

— А ты что, знаешь, какое сознание у богини? — удивлённо спросила Эвеилна, — Вдруг ты тоже часть её сознания, Тим?

Я всё никак не мог привыкнуть, что Эвелина говорила о себе, как о богине, в третьем лице.

— А, ну если так… Так что там с Вячеславом?

— Он хотел скопировать у тебя технику Пса.

— Я уже это понял. А причём здесь ты?

— А помнишь того Привратника из лагеря Царской Армии, который открыл для тебя Вертун, чтобы ты сбежал?

У меня побежали мурашки по коже. Кастрированного по самые верхние чакры Привратника я помнил.

«Посмотри, что они с нами делают…» — кажется, так он сказал.

— Да, это тёмное искусство лишения силы практикуется в Храме Первого Полнолуния. Про Чёрный Караул ты уже слышал?

— «Слышал» не то слово, — сказал я, вспоминая одноглазого Филиппо, спасшего меня в такой же пустыне.

Старик рассказывал, что был одним из Караульщиков, но ему совсем не понравились видения, которые присылала Чёрная Луна. И так же не понравилось то, что Верховный Совет все видения переводил по-своему.

Я вздохнул и присел рядом с Избранницей, привычно пристроив винтовку на колени и положив на неё ладони.

Накатило ощущение, как будто я снова в Африке, на своём первом серьёзном задании. Напарник ещё жив, мы полны юной энергии, и космические моря нам по колено. А что не по колено, сломаем через это же колено, за нашу-то Свободную Федерацию…

Кажется, что это было невероятно давно, да и вообще в прошлой жизни. И каким же прекрасным было это ощущение, когда готов выполнить цель, а в голове ясная и чёткая идея. И никаких тебе сомнений, размазанных по совести масляным говном, которое всё время пытались нам втюхать капиты.