И с двумя ее дочерями? Они ведь твои племянницы. — Технически они дальние родственники, — заговорила Минь, но тут же осеклась, поймав угрожающий взгляд Хюен. Младшая дочь резко встала с дивана, опустилась на колени перед матерью и низко ей поклонилась. — Ме , мы пришли помириться с тобой. Если для этого придется помириться с Ким и ее дочерями, мы готовы. Маи загоготала и всплеснула руками. — Ну ты даешь, Хюен! Встань! Нас всех турнули из дома в Санта-Ане из-за этой женщины. Дом был на мое имя, а перешел Ким и ее дочерям. Мне пришлось выйти за Тханя ради этого дома! И мои же дочери оказались на улице… — ДОВОЛЬНО! — закричала Ли Зыонг, ударив тростью в пол. — Опять вы за старое! Я еще тогда вам все объяснила и от своих слов не откажусь. Я не знала, что Ким выжила, и потому поклялась сделать все, что смогу, только бы искупить свою вину перед ней за то, что оставила ее. Я не такая, как моя мать, — я не брошу дочерей. И вы называете себя матерями? Она вдруг пошатнулась, ноги подкосились. Бао тут же проснулся, подскочил к ней и подхватил, чтобы она не упала. Слова им были ни к чему — их нужда друг в друге стала для них тем общим языком, которым они владели в совершенстве. — Ме , тебе плохо? — вскрикнула Хюен и кинулась к матери. Минь встрепенулась, схватила подушку и подложила ей под спину. Бао и две сестры забегали и засуетились вокруг Ли Зыонг: удобно ли ей? Не принести ли воды? Голова не кружится? Минь огляделась в поисках Маи. Старшая сестра не сдвинулась с места. По выражению ее лица было не понять, о чем она думает, но та самая толстая вена сбоку на шее проступила опять, и Минь побелела как смерть, когда вена запульсировала. — Чой ой , — прошептала Минь. — Только не это! Ли Зыонг быстро оправилась от дурноты и оттолкнула руку Бао. Он неистово обмахивал ее пальмовым листом. Она подняла глаза и поглядела на старшую дочь, та сидела без движения и вся дымилась от упрямства, как поле боя после бомбардировки. — Ты ради этого приехала? Проверить, не ошиблась ли твоя гадалка? — едко спросила мать. — Хотела своими глазами увидеть, что в этом году умру я, да? Маи сложила руки на коленях и уставилась на мать — мать, которая стала чужой. Их взгляды встретились, и у обеих возник один и тот же вопрос: кто эта женщина? Знают ли они друг друга вообще? Может, их нарочно свела судьба, поместив на орбиту друг дружки? — Ты всегда любила Ким больше меня, да, ме ? Она твоя старшая, а не я, — спокойно сказала Маи. Хюен и Минь притихли, не поднимая глаз. Они молчали, как в тот день,