— Как она? — шёпотом спросил Пётр, его лицо было осунувшимся от беспокойства. — Медсёстры сказали, был ещё один приступ…
Варвара молча поставила на тумбочку букет пионов, её взгляд был полон тревоги.
— Состояние стабильно. Но я не понимаю природу патогена, — ответил я, не поворачиваясь к ним, мой взгляд был прикован к лицу Ольги. — Он разумен. Он реагирует на мои действия, он меняет тактику, он идеально маскируется. Я имею дело с противником, который учится.
Мои мысли ходили по кругу: медицина, биология, энергетические паразиты… Но что, если сам подход неверен?
Я оторвался от мыслей и посмотрел на них. На всех троих.
Ольга — носитель. Пётр — виновник инцидента в лесу, принесший «шуточное зелье». Варвара — соучастница, которая якобы отходила. Все ключевые фигуры той ночи собрались в одной комнате. Кроме одного — Николая.
И в этот момент разрозненные детали сложились в единую картину. Лес. Ритуал. Смерть «Святослава». Моё появление. Её болезнь. Это не было цепочкой совпадений. Это были последствия.
— Стойте, — сказал я.
Они замолчали и уставились на меня. Я медленно повернулся к Ольге.
— Я ошибся. То, что внутри тебя — не паразит в биологическом смысле. Его природа иная. Ольга, ты проклята.
Слово повисло в стерильном воздухе палаты, тяжёлое и чужеродное.
— Ольга, посмотри на меня, — мой голос стал тихим и въедливым. — Вспомни. Кто-нибудь желал тебе зла? Проклинал тебя?
Она испуганно замотала головой, но её глаза метнулись в сторону Петра и Варвары. Умоляющий, загнанный взгляд.
Я проследил за ним. Бинго. Тот же страх. Та же паника в глазах.
Они побледнели синхронно, как по команде. Это был не её личный секрет. Это была их общая, грязная тайна. Теперь у меня был рычаг.
— Позвольте, я переформулирую, — сказал я, обводя взглядом всех троих. — Что именно вы сделали в том лесу, что привело к этому проклятию? Кто его наложил? У вас нет времени на ложь и увёртки. Если вы сейчас же не расскажете мне всю правду, я не смогу ей помочь. И она умрёт. Медленно и мучительно. И это будет на совести каждого из вас.
Наступила тишина. Они смотрели друг на друга, решая, кто сломается первым.
Ольга смотрела на меня, её губы дрожали. Слёзы катились по щекам. Наконец она набрала воздуха и прошептала, глядя на меня с ужасом и отчаянием:
— Это был ты!
Прежде чем я успел что-либо сказать или подумать, Варвара, стоявшая за спиной Петра, добавила тихим, полным ужаса голосом:
— И ты проклял не только её. Всех нас.
Глава 7
Слова Варвары повисли в стерильном воздухе палаты как приговор.
Все замерли. Троица переглядывалась под моим пристальным взглядом, как под рентгеновским аппаратом.