— С того, что альтернатива — медленная, мучительная и крайне творческая смерть. Могу попросить Ростислава показать, что бывает с душой предателя после смерти. Спойлер — ничего хорошего. Вечные муки, разрывание на части, и это только разминка.

Ростислав услужливо материализовался прямо перед лицом Николая, его призрачные черты исказились в жуткой гримасе. Челюсть отвисла неестественно низко, глазницы превратились в черные провалы, изо рта потянулись призрачные щупальца:

— О да, дружочек! — голос Ростислава стал потусторонним, вибрирующим. — Вечные муки в астральном плане! Бесконечное разрывание души на мельчайшие фрагменты! Погружение в озеро кипящей некротической энергии! Пожирание демонами боли! И это только первый круг! Всего их девять!

— Хватит! Хватит! — взвизгнул Николай, пытаясь отвернуться. — Убери его! Я все сделаю! Открою дверь!

— Вот и молодец, — я щелкнул пальцами, и Ростислав вернулся к своему обычному аристократическому виду.

— Было весело, — прошептал призрак. — Никогда не пугал некромантов. Приятное чувство.

— Ты же меня пугал, — с подозрением посмотрел я на него.

— Тебя неинтересно было, ты не пугался, — развел руками Ростислав.

Николая подвели к двери. Бойцы ослабили хватку ровно настолько, чтобы он мог двигать руками. Он встал перед массивной плитой, поднял трясущиеся ладони.

— Если попытаешься что-то выкинуть… — предупредил я.

— Знаю, знаю. Смерть, муки, вечные страдания. Понял уже.

Пока он готовился к ритуалу снятия защиты, я объяснял остальным механику происходящего:

— Видите эти символы на двери? — указал я на вязь рун. — Это не просто украшение. Это некромантическая печать запрета. Многослойная защита — физический барьер, энергетический щит, ментальный блок и астральная ловушка. Никто, кроме создателя или носителя специального ключа-отпечатка, не может пройти через эту дверь.

— Даже ты? — удивилась Анна.

— Даже я. Пытался — бесполезно. Это как биометрический замок, только вместо отпечатка пальца — энергетическая подпись души.

— И я не смог просочиться! — вставил свои пять копеек Ростислав. — Представляете? Я, призрак, способный проходить сквозь освященные стены церквей! А тут — какая-то дверь меня остановила! Оскорбление!

— К счастью для нас, — продолжил я, — наш друг Николай — один из немногих носителей ключа. У него есть энергетический отпечаток, позволяющий открывать дверь. Видимо, таких людей всего трое-четверо во всем Ордене.

— А он не может активировать ловушку? — забеспокоилась Анна. — Взрывное устройство? Или механизм самоуничтожения? Я видела такое в императорском архиве — попытка взлома уничтожает и вора, и содержимое.