— Куда едем в такое время? — спросил он, не поднимая глаз от документов.
— Медицинская транспортировка, — ответил я, показывая свое удостоверение. — Доктор Пирогов, больница «Белый покров». Везем сердце пациента в специализированную клинику.
Инспектор взял мое удостоверение, тоже изучил и только потом ответил:
— Сердце? Ночью?
— Экстренный случай. Требуется срочная операция. Пропустите, будьте добры.
Полицейский поверил, но все же направил луч фонарика на заднее сиденье.
Секунда тишины.
Потом луч задрожал.
Затем лицо инспектора начало медленно менять цвет. С нормального на белый. С белого на зеленоватый. С зеленоватого на землисто-серый.
Потому что он увидел.
Двухметровый труп со швами по всему телу, лежащий по диагонали.
И все это — в тесном пространстве заднего сиденья обычного седана.
Рука инспектора дернулась к кобуре.
— Это… это… — он пытался что-то сказать, но слова не шли. — ЭТО ТРУП! — наконец выдавил инспектор. — РАСЧЛЕНЕННЫЙ ТРУП!
— Не расчлененный, а восстановленный…
— ЭТО ЧТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ТАКОЕ⁈ — заорал инспектор, выхватывая пистолет Макарова. — ВСЕМ ВЫЙТИ ИЗ МАШИНЫ! БЫСТРО! РУКИ ЧТОБЫ Я ВИДЕЛ! ЭТО АРЕСТ!
— Инспектор, я могу все объяснить… — начал я.
— МОЛЧАТЬ! ВЫХОДИТЕ! МЕДЛЕННО! БЕЗ РЕЗКИХ ДВИЖЕНИЙ!
Вот и приплыли. Как объяснить полицейскому наличие составного трупа? «Это для науки, офицер», «мы некроманты, но хорошие»? Бред. Нужно что-то придумывать. Или…
— Я ем грунт? — тихо спросил Костомар из-под пальто.
— Он спрашивает, можно ли ему вырубить инспектора, — прошептал Ростислав.
— Нет! Никакого насилия!
— Тогда что делать?
Хороший вопрос. Что делать? Можно попробовать подкупить — но инспектор выглядит принципиальным. Можно…
— ВЫХОДИМ! — заорал инспектор. — СЧИТАЮ ДО ТРЕХ! РАЗ!
Глава 9
Инспектор все еще целился в нас дрожащей рукой, сделав два шага назад. Ему уже явно не доводилось встречаться с перевозкой конструктов из трупов.
Отсюда классическая стрессовая реакция — выброс гормонов стресса, учащение пульса, тремор конечностей. Еще секунд тридцать — и у него начнется паническая атака. Но эти тридцать секунд нам нужно как-то пережить.
— Сергей, — тихо сказал я, стараясь не делать резких движений, чтобы не спровоцировать выстрел. — Слушай внимательно. По моей команде: газ в пол и валим отсюда!
Лицо инспектора было мертвенно-бледным, на лбу выступили капли холодного пота. Пистолет в его руке плясал, как живой — адреналин и страх делали свое дело.
— Я ем грунт! — напряженно прошептал Костомар с заднего сиденья, готовясь к рывку.
— ЖМИ! — твердо сказал я.
Сергей, как опытный водитель, среагировал мгновенно. Его нога вдавила педаль газа до упора. Мощный двигатель взревел. Машина рванула с места так резко, что меня вжало в спинку кресла.