— Странности случаются. Медицина полна загадок.

— Что ж, вполне возможно, он пошел не по тем стопам.

Подозревает, сволочь. Но доказательств нет. А без доказательств даже инквизиция не может арестовать.

— Петр Александрович, — Стрельцов повернулся к главврачу, — этот пациент остается под наблюдением инквизиции.

— Но он же вылечен! — недоумевал главврач.

— Астральные паразиты высшего порядка не появляются сами по себе. Кто-то или что-то заразило этого человека. Мы должны выяснить источник заражения.

— И как долго?

— Столько, сколько потребуется. Федоров! — позвал Стрельцов.

В палату вошел молодой инквизитор в черной форме с серебряными нашивками:

— Слушаюсь, капитан!

— Оставайтесь здесь. Круглосуточное наблюдение за пациентом. Фиксируйте любые изменения, любую магическую активность.

— Есть! — отчеканил Федотов.

Инквизитор занял позицию у двери, скрестив руки на груди. Молодой, лет двадцати пяти, но взгляд холодный и внимательный.

Стрельцов направился к выходу, но у двери обернулся:

— И еще, господа. Я не закончил расследование. У меня есть подозрение, что Волконский — только верхушка айсберга. Возможно, в вашей больнице целое гнездо некромантов.

— Это абсурд! — возмутился Сомов.

— Посмотрим. Время покажет.

Стрельцов вышел.

Инквизитор Федоров стоял у двери палаты как статуя из черного мрамора — прямая спина, скрещенные на груди руки, холодный немигающий взгляд, прикованный к кровати пациента.

Молодой, но уже с той особой жесткостью в чертах лица, которую дает служба в карательных органах. Острые скулы, тонкие губы, серые глаза.

Вот это проблема.

С таким цербером в палате любая магическая активность будет замечена быстрее, чем я успею моргнуть.

Интуиция подсказывала, что мои охотники не успели справиться с маткой. А оставлять недобитых паразитов — это гарантированная смерть Громова.

Максимум дотянет до утра, если его организм окажется особенно живучим. А смерть пациента в мои планы сегодня не входила.

Я подошел к Сомову, который нервно теребил пуговицу на халате.

— Петр Александрович, — тихо сказал я, — нам нужно поговорить. Наедине.

Мы вышли из палаты, и я отвел его к окну в дальний угол коридора, максимально далеко от инквизитора. За окном виднелся больничный двор.

— Слушаю вас, — прошептал главврач.

— Мне нужно, чтобы вы отвлекли Федорова. Хотя бы на несколько минут.

— Зачем? — удивился Сомов, оглядываясь на инквизитора. — Что вы задумали?

— Нужно проверить состояние пациента. Детально проверить. А под его взглядом это крайне проблематично.

— Но он же не уйдет! У него приказ от капитана Стрельцова! Стоять и наблюдать!