— Учту.

Интересно, что граф не стал торопить меня со вторым желанием. Воспитанный человек не давит, не требует немедленной отдачи. Или просто не хочет быть обязанным больше необходимого. А аристократы не любят долгов.

Граф и Ярк ушли быстрым шагом. Мы остались вдвоем. Аглая налила себе еще чаю, бросила три куска сахара — любит сладкое.

— Вот так всегда, — вздохнула она. — Только соберемся семьей — и папу срочно вызывают. Тайный Совет, Министерство, Дворец… Иногда кажется, что он больше принадлежит Империи, чем семье.

— Такова цена власти, — вздохнул я.

— Да уж. Знаешь, иногда я мечтаю, чтобы мы были обычной семьей. Без титулов, без обязательств, без этой вечной политики.

— Но тогда вы не были бы Ливенталями.

— Тоже верно, — она отпила чай, посмотрела на меня поверх чашки. — Святослав, можно прямой вопрос?

— Смотря какой.

— Ты же некромант, верно?

Да она, я смотрю, не любит ходить кругами. Вопрос прямо в лоб.

Я прищурился, оценивая ситуацию. Отрицать? Признаться? Уйти от ответа?

— С чего ты взяла? — решил я прощупать почву.

— Ой, брось притворяться! — Аглая закатила глаза. — Я не дура и не слепая. Давай посчитаем факты. Раз — ты спас меня нестандартными методами, отделил кошачью сущность от человеческой. Это невозможно обычной медициной или даже обычной магией. Два — Марсея к тебе льнет как к хозяину, а она некромантическая конструкция, они признают только себе подобных. Три — ты слишком хорошо разбираешься в вопросах смерти для обычного врача. Четыре — когда папа намекал на некромантию, ты не отрицал. Складываем два и два — получаем некроманта.

— Довольно смелые обвинения, — холодно заметил я. — Некромантия карается смертью.

— Да не переживай ты так! — она рассмеялась, и смех был искренним, без страха. — Я же не инквизитор! И никому не скажу! Твой секрет в безопасности!

— Почему ты так уверена?

— Потому что ты спас мне жизнь. И папе. Даже если ты трижды некромант — мне плевать. Ты хороший человек, это главное.

Наивная девочка. Думает, что в мире все делится на хороших и плохих. Не понимает, что я спас их не из альтруизма, а из расчета. Впрочем, пусть остается в своих иллюзиях.

— Можешь даже не отвечать на вопрос, — продолжила Аглая. — Мы с папой уже все обсудили вчера вечером.

— Обсудили? Что именно?

— Твою… особенность. Папа тоже догадался. Он же неглупый — бывший военный разведчик, умеет складывать факты.

— И что он думает?

Было важно это понимать.

— Он считает тебя чертовски полезным человеком! Его слова, не мои!

— Вот как, — усмехнулся я.

— Да! И знаешь что еще? Папа считает, что некромантов зря поставили вне закона. Говорит, они могли бы приносить огромную пользу Империи! Лечить неизлечимые болезни — как ты. Допрашивать мертвых свидетелей. Ты представь, сколько преступлений можно было бы раскрыть! Создавать рабочую силу из трупов!