— Это слишком щедро с вашей стороны, Платон Игоревич.

— Это адекватно! Вы спасли две жизни — я предлагаю две услуги. Баланс будет восстановлен.

— Хорошо, я принимаю. Но с одним вопросом — является ли помощь с Мёртвым одной из этих услуг?

Граф улыбнулся:

— Умный вопрос. Нет, не является. Помощь Мёртвому — это не услуга, это дружеский жест. Вы теперь почетный гость в доме Ливенталей, практически член семьи. А семье мы помогаем просто так, без счета.

— Тогда я принимаю ваше предложение с благодарностью. И признаюсь — у меня уже есть одна просьба.

— Вот как? Уже? — граф заинтересованно вернулся к столу, сел. — Излагайте! Если в моих силах — сделаю немедленно!

— Аглая как-то упоминала, что у вас есть доступ к особым ресурсам. К секретным артефактам Империи, которые хранятся в Императорском дворце.

Атмосфера мгновенно изменилась. Граф напрягся, его взгляд стал холодным как арктический лед. Аглая замерла с булочкой на полпути ко рту, глаза расширились от испуга.

— Она рассказывала об этом? — голос Ливенталя стал тихим, что было страшнее крика. — Моя дочь разболтала государственную тайну?

— Папа, я просто упомянула… — начала оправдываться Аглая, бледнея. — Мы же разговаривали о способах лечения, и я сказала, что есть артефакты…

— Аглая! — граф повысил голос. — Сколько раз я говорил — об этом не упоминать никому! Даже намеками!

— Но Святослав же друг! Он спас нас!

— Это неважно! Есть вещи, о которых нельзя говорить ни с кем!

— Платон Игоревич, — вмешался я. — Не вините Аглаю. Она упомянула это мельком, без деталей. И только потому, что искала способ помочь вам, когда вы были при смерти.

На самом деле она болтала об этом еще до вашего воссоединения на моей кухне, но опустим эти детали.

Граф посмотрел на меня, потом на дочь. Напряжение медленно уходило из его позы:

— Ладно. Что сделано, то сделано. Но впредь — ни слова об этом! Поняла, Аглая?

— Да, папа. Прости, — она опустила взгляд.

— Так что вам нужно, Святослав? — граф повернулся ко мне. — И сразу предупреждаю — доступ к сокровищнице крайне ограничен. После последней попытки кражи два года назад император ужесточил охрану.

— Мне не нужны артефакты в собственность. Мне нужно одноразовое использование одного из них.

— Какого именно? — граф прищурился. — Только не говорите, что вас интересует тот артефакт, который уничтожает все живое в радиусе километра?

— А такой существует? — я изобразил интерес.

Граф внимательно следил за моей реакцией:

— Нет, слава богам. Но я рад, что у вас не загорелись глаза от жадности при упоминании такой силы. Многие бы все отдали за подобное оружие.