Рядом с оптическим заводом тёти Маши не было, вместо неё торговала пирожками её дочка, Лена. Девушка нашла себе постоянную работу, но ходила на неё посменно, а в свободные дни заменяла мать в этом небольшом семейном бизнесе.

Чуть в сторонке на ящике сидел второй близнец, Игорь, и строгал палочку маленьким складным ножиком, щуря глаза от вылезшего из-за облаков солнца. Ну а у обочины торчал хорошо знакомый нам красный «Шевроле», внутри кто-то сидел и жевал пирожки.

— Весело вчера было, говорят, — Игорь увидел меня. — Пацаны чего только не рассказывают. Троих, говорят, мочканули, сразу двухсотые.

— Одного, — я поправил лямку сумки с АКС-У, а то отдавила плечо. — И одного в больницу. Трёхсотый.

— Я просился, кстати, пойти с Донцом и Андрюхой, но меня в лицо запомнили, что я с их паханом тогда спорил, не вышло бы прошмыгнуть и замаскироваться… А тут ещё учёба в технаре, преподы звереют, — он отбросил палочку и отряхнул с колен стружки. — А до Ленки какой-то тип вчера вечером докопался, вот и пришёл сегодня провожать.

— А где матушка? — тем временем спросил Устинов у Лены. — Думал, она здесь будет.

— Голова у неё болит, давление, — девушка вздохнула. — Тут почти всё продано, остались только калачики, печь их вот стали. Шаньги ещё есть, с творогом, хотите?

— Это кто все пирожки скупил? — возмутился Василий Иваныч. — С ливером же были! Целый тазик, я видел вчера!

— Братва зареченская, походу, — Якут закурил и показал на «Шевроле». — Жрут твои пирожки, Васька. Всё сожрали. Ух, злыдни…

— Но мама просила вам оставить немного, — сказал Лена и улыбнулась, — на всякий случай.

— Мне? — старый опер тоже расплылся в улыбке. — Это всё мне?

Из глубин клетчатой сумки извлекли свёрток из полотенца, но внутри было всего два пирожка. Артур у себя в машине со своими буграми действительно сожрали всё. Он как раз открыл окошко, поздороваться и позубоскалить с нами.

— Протокол тебе сейчас выпишем, гражданин Долмаян, — заявил Якут. — Объел родную милицию.

— Это называется «свободная конкуренция», — Артур заржал, а сидящий впереди Крокодилыч захохотал ещё громче. — Рынок! Кто успел, тот и съел. В большой семье… Ладно, погнали мы, а то ещё напишете, что нецензурно выражался. Мамке привет, — он махнул рукой близнецам. — И мимо бараков и пустыря пусть не ходит, там кого сейчас только нет. Всякая шваль блатная завелась.

— Вообще, — подтвердил Игорь. — Говорю же, что…

— Бывайте.

Окно закрылось, движок джипа взревел, и машина укатила. Вскоре проехала «Тойота» из сопровождения Артура. Многовато у него охраны.