Я улыбнулся еще шире:

— Хочешь проверить? Можем помахаться на камеру и ждать охрану.

Один из подсосов Витька заметно занервничал:

— Слушай, может не надо, а, Витюнь? У меня уже два выговора. Еще один и…

— Заткнись, — огрызнулся Витек. И положил мне руку на плечо. Резко сжал пальцы. — Ну так что? Сам карманы вывернешь или тебе помочь?

— Убери руку, — тихо произнес я, глядя ему в глаза.

— А то что? — ухмыльнулся он.

Мое тело среагировало быстрее, чем голова успела приказать. Одним неуловимым движением я перехватил его запястье и вывернул руку Витька за спину, заставив его вскрикнуть. Болевой прием сработал идеально — точно, резко, без лишних телодвижений. Вся улица во мне сконцентрировалась в этом одном движении.

Второй рукой я зафиксировал его за корпус, прижав к себе. Витек издал сдавленный стон, попытался дернуться, но я только усилил нажим. Его лицо исказилось от боли.

— Какого… — прохрипел он, но любое движение причиняло ему новую боль.

Его подсосы замерли с открытыми ртами. Они явно не ожидали такого поворота. Никто не спешил помогать главарю — слишком близко камера, слишком реальна угроза вылета.

«Вау!» — восхищенно присвистнула Алиса, кружась вокруг нас. — «Да ты хорош! Прием профессиональный, исполнение безупречное!»

«Я вырос на улице, — мысленно ответил я, удерживая Витька в неудобной позе. — Она многому научила».

Витек пыхтел и извивался, пытаясь высвободиться, но каждая попытка приносила ему только новую порцию боли. Со стороны могло показаться, что мы просто стоим слишком близко друг к другу и по-дружески обнимаемся — никаких размахиваний кулаками, никакого шума. Тихий, аккуратный болевой контроль.

Его лицо постепенно наливалось кровью, на лбу выступили капельки пота. Он все еще не мог поверить, что какой-то стипендиат так легко скрутил его, ученика боевого факультета.

Честно, после стычки с тремя одаренными, обычная гопота совсем не впечатляла.

— Ну так что? — поинтересовался я почти светским тоном. — Может, все-таки подождешь недельку?

Глаза Витька угрожающе выпучились, как у жабы, а лицо приобрело оттенок переспелого помидора. Но он был в безвыходном положении. Я держал его крепко, и любая попытка освободиться только усиливала боль.

— Витек… — жалобно произнес Крысин — парень, на чьем лице прыщи складывались в целые созвездия. — Тебе… помочь?

И тут, словно по заказу, в конце коридора появилась фигура. Стройная девушка с длинными темными волосами, собранными в высокий хвост. Ее туника с вышитыми рунами выдавала в ней студентку факультета теоретической магии.

— Что здесь происходит? — спросила она, приближаясь к нам быстрым шагом. Большие зеленые глаза смотрели настороженно, а в руке она сжимала небольшой серебристый амулет — стандартное средство экстренной связи с охраной академии.