«Она блефует, — заметила Алиса. — Физиологические показатели указывают на неуверенность. Плюс, она явно заинтересована в тебе, а не в том, чтобы сдать тебя властям».

— Почему же не сообщила? — я решил пойти ва-банк, глядя Кире прямо в глаза.

Она чуть смутилась, но быстро взяла себя в руки:

— Потому что… потому что сначала хотела дать тебе шанс объясниться.

— Очень благородно, — я улыбнулся.

— Не паясничай, — насупилась она. — Это серьёзно, Семён. Если ты действительно во что-то впутался…

— Кира, — я вздохнул и постарался говорить предельно искренне. — Клянусь, я не установил себе никаких имплантов, не являюсь скрытым Одарённым и уж точно не связывался с Тёмной Жизнью. То, что произошло вчера… это просто адреналин и удача. Может, в моём родословном древе затесался какой-нибудь талантливый акробат, кто знает?

«Да, особенно если этот акробат был вурм-паразитом, — хихикнула Алиса. — Ты неплохо врёшь, когда хочешь».

— Семён, — она приблизилась ко мне еще ближе. Я мог различить каждую прожилку в ее огромных зеленых глазах. Её голос звучал очень тихо. — Пожалуйста, скажи мне правду?

— Кира… — тоже тихо произнес я. — Я не люблю, когда вторгаются в моё личное пространство.

— Семён, — она не хотела отступать.

Вот же упрямая. Ну, я предупредил.

Мимолетным движением губ я чмокнул ее в слегка курносый носик, обошел по дуге и направился к лифту. Я не мог видеть лица Киры, но прямо отчетливо представил, как она вся покраснела как помидорка. Мой неожиданный поступок вогнал ее в полный ступор. Что и позволило мне благополучно уйти от расплаты.

«Уаха-ха-ха-ха-ха!» — Алиса заливалась смехом, плывя за мной по воздуху. При этом она задрала ноги вверх и болтала ими, обхватив руками себя за бока.

Я нажал кнопку вызова лифта. Мне повезло, створки сразу открылись, и я проскользнул в кабину.

— Семё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ён! — донеслось до меня очень разгневанное. — Вернись!!! Или пятьдесят штрафных баллов!

Но лифт уже мчался вниз, неся меня навстречу лекциям и граниту науки.

«Оу, ну это любовь! — пропела Алиса, когда мы оказались на первом этаже. — Как романтично! Особенно учитывая, что она подозревает тебя в незаконных модификациях. Поговорите о чувствах, о преступлениях против человечества… Может, даже проведёте ночь в камере предварительного заключения! Что может быть романтичнее?»

— Это не любовь, — проворчал я, выходя из общежития и направляясь к учебному корпусу. — Меньше всего мне хочется обсуждать с ней природу моих «способностей».

«Трус, » — фыркнула Алиса.

— От калькулятора слышу.

«Девушка явно проявляет интерес, а ты в кусты».