— Вчера, по телефону… — начала гражданка Комарова, уже наверняка раскаиваясь в том, что проболталась в горячке.

Пантелеев был ошарашен. Весь его вид говорил, да нет — кричал: когда⁈ Когда, чёрт возьми, ты узнал про разговор? И что это за авантюра со звукозаписью?

А не надо было время тратить на то, чтобы «харчи метать» — мысленно ответил я на его невысказанный вопрос.

Александра Александровна, между тем, поведала следующее: вчера вечером под конец рабочего дня на телефон в цех мелкоштучных изделий хлебокомбината позвонил её Сережа, попросил пригласить её. Успокоил, сказал, что у него всё нормально. Спрашивал, не приходила ли милиция. Она подтвердила. Тогда он сказал, что теперь она может рассказать милиции правду, если она снова будет спрашивать.

— И в чём же заключается правда? — спросил я.

— Мой Серёжа исполняет секретное задание за границей! — гордо ответила женщина.

Пантелеев чуть было не сполз по двери на пол. Потом спохватился и явно вознамерился задать ей какой-то вопрос, но я покачал головой — не надо.

Теперь, со «звукозаписью» она никуда от нас не денется, а продолжим разговор мы уже в другом месте. Не надо сейчас ей задавать вопросов, на которые невозможно получить немедленный ответ. Только на думы наведёшь да подготовиться позволишь. Да и время поджимает. Истекают отведённые нам десять минут, а я Вавиловну знаю — выпрет без сожаления и испортит нам всю обедню.

Я быстренько набросал на листе «признанку» Комаровой, дал ей расписаться, потом закрыл ящик стола (ещё раз прости, Вавиловна) и велел «шофёру Васе» прогревать машину.

От морга до райотдела на машине и всего-то минут пять. Мы с «Булочкой» снова сидели сзади, и я вовсю развлекал её разными вопросами. Мне вдруг именно сейчас во что бы то ни стало потребовалось узнать, что это за мелкоштучные изделия, для изготовления которых существует целый цех на хлебокомбинате. Кексы, вы говорите, слойки всякие, пирожные? Ах, как интересно! А правда, что некоторые нерадивые работницы для приготовления тортов используют вместо коньяка «Старку», а коньяк домой тырят? Что, не бывает такого? Да как же, мне вот один знакомый рассказывал, он там у вас электриком работал. А может сантехником, не помню…

Я нёс всякую ахинею, не умолкая. «Булочка» отвечала как-то рассеянно и невпопад. Ей бы сейчас сосредоточиться, подумать над только что происшедшими событиями, а тут этот прилипчивый милиционер со своими дурацкими расспросами. И приспичило же ему!

Да, приспичило! В мою задачу как раз и входило не позволить гражданочке собрать все свои мысли в кучку, подумать над предстоящим разговором и, не дай бог, решить пойти в «отрицалово» (ой, простите, неэстетично получилось!).