В голове эхом-воспоминанием прозвучал озадаченный голос Левиуса: «Не знаю, как вам об этом сказать, но может, это и есть та самая кошка, которую вы ищете?»
Мне же говорили об этом напрямую!
А я лишь отмахивался, дятел.
Сейчас девушка безмятежно уснула в моих объятиях, так и не дав освободить себя от пресловутого халата.
Счёл за благо с ней не спорить.
А то снова обернётся котейкой, и наш с ней диалог станет односторонним.
Она настаивала на свадьбе и на официальной первой брачной ночи. Я не представлял, как вытерплю месяц до этого события, но согласился на её условие.
Да что там – я бы согласился на что угодно! Ради неё я готов на всё.
Поверить не могу, что Судьба оказалась настолько щедра ко мне, что подарила и истинную пару, и лингвара одновременно!
В то же время в этом был и большой подвох. Вдруг король заинтересуется такой неординарной девушкой и решит забрать её к себе во дворец, чтобы сделать своей фавориткой? Я знал, что у него есть артефакт для ослабления, приглушения или даже полного разрыва магии истинности.
И я слышал, что он уже проделывал нечто подобное. Пару лет назад он был очарован молодой баронессой Дейзи Вайн. В тот день, когда ей исполнилось девятнадцать, он явился к ней в поместье и увёз во дворец несмотря на возражения её супруга, который был её истинной парой. Августин значительно ослабил их магию истинности, а потом, когда через полгода Дейзи ему надоела – вернул её супругу, задарил обоих подарками, сделал их маркизами и восстановил их истинную связь. Супруги Вайн отнеслись ко всему философски.
Собственно, другого выбора у них и не было: не поднимать же мятеж против короля? Поэтому пришлось смириться и жить дальше.
В обществе их не осудили, а кто-то даже наоборот позавидовал.
Но я – не добряк Томас Вайн. С моей семьёй такой фокус не прокатит.
За Кристину я перегрызу глотку любому, включая коронованных особ.
Самое мудрое, что можно было сделать сейчас – не признаваться Августину, что очаровательная светлая котейка, которая жёстко побила его пса – и есть моя истинная пара, когда-то хлестнувшая самого короля по лицу хвостом.
Моя пушистая хулиганка...
Надо держать это в секрете так долго, насколько это будет возможно.
Августин сам видел, что моя истинная обернулась чёрной кошкой. И ему наверняка донесли, что я ищу чёрных кошек по всему городу и даже скупаю их у населения.
Поэтому он вряд ли заподозрит, что Луняша – та самая.
Но, когда ему донесут, что эта котейка – лингвар, он стопудово примчится к ней с артефактом принудительного оборота – посмотреть на уникальную личность в женском обличье.