— Отставить смех! — скомандовал, подошедший вместе с Линдфорсом и Михау, Гаупт.

— Слушаюсь, — вытянулся в ответ Будищев.

— Ну-ка покажите мне вашу картечницу, — приказал командир третьей роты.

— Извольте, ваше благородие. Вот она наша красавица.

— Хм, действительно митральеза Монтиньи, — задумчиво проговорил Гаупт. — У французов в последнюю войну были несколько более совершенные системы Рефи, но они практически никак себя не проявили.

— Я бы тоже не поверил, если бы не видел все своими глазами, — не согласился с ним Михау. — Но теперь могу засвидетельствовать, при правильной организации этот вид оружия может быть весьма полезен не только при обороне крепостей, но и в полевом сражении.

— Хорошо я не возражаю, — решил штабс-капитан, — если господа вольноопределяющиеся согласны, то пусть считаются временно прикомандированными к команде подпоручика Линдфорса.

— Покорнейше благодарим!

Вчерашние студенты с энтузиазмом принялись за дело. Будищев с Линдфорсом быстро объяснили им принцип работы хитроумной техники и распределили обязанности. Дмитрий, как самый опытный остался наводчиком, Штерн с Лиховцевым заряжающими, а Гаршину досталось крутить рукоять привода. Еще двое солдат должны были заряжать обоймы.

Кроме того, Всеволод, учившийся до войны в Горном институте, быстро разобравшись в устройстве картечницы, сразу же предложил, как ее усовершенствовать.

Услышав жалобы Будищева на неудобство прицеливания, он, предложил убрать совсем механизм наводки, заменив его подобием приклада. Вместе они быстро открутили несколько болтов и демонтировали его, заменив на железную ручку, снятую с одного из патронных ящиков. Затем на ней закрепили приклад от разбитой во время турецкого обстрела винтовки, они получили хоть и не слишком удобную, но вполне работоспособную конструкцию.

Буквально через полчаса после окончания работы, им представился случай проверить ее в деле. Османы хотя их атака была в очередной раз отражена, не оставляли своих попыток выбить русских из занятого ими редута. На сей раз, они послали вперед кавалерию. Надо сказать, что турецкая конница в эту войну не представляла собой ничего выдающегося. В большинстве своем она представляла собой иррегулярную силу негодную для правильной войны, если не считать, конечно, разведки, боевого охранения или диверсионной деятельности. При столкновении с русской регулярной кавалерией или казаками у составлявших ее большинство башибузуков, не было ни единого шанса. Но вот при стремительных набегах они могли представлять определенную опасность, тем паче, что для их вооружения турки закупили в Америке немалое количество винчестеров. К тому же набранные среди албанцев и черкесов всадники, прекрасно себя чувствовали в горах, к которым русские люди в большинстве своем непривычны.