Главное — научиться соблюдать баланс.

Я всегда считал, что умею его держать. Пусть это касалось физики, работы тела, а сейчас от меня требовался баланс другого рода, но если есть чувство меры, то значит можно рискнуть. Грамотное планирование и взрослые поступки — вот залог моего дальнейшего успеха.

Я мечтал спрятаться в собственную раковину и жить в ней, мечтал, что смогу спокойненько повторить то, что удавалось раньше. Но жизнь, похоже, распоряжалась иначе. Жизнь стучала в створку раковины сначала робко, проверяя, услышу ли я её. Затем громче, решив узнать не сломаюсь ли от первого удара. А теперь колотила «с ноги», похоже, готовясь выломать створку, а может, и разрушить раковину целиком. Вот только с первым же стуком, я знал, что наступит этот момент, знал, что меня не оставят в покое, а потому, стал отращивать собственный панцирь.

Я, который был в другом мире, смог замкнуться и действовать мягко, жить и помогать сложным подросткам, подсказывая, подводя их к нужным решениям. Но сейчас, кто-то решил, что повторять то же самое, не интересно. Сейчас меня старательно самого подводили к моменту, когда раковина лопнет и встанет вопрос: «что делать». И моя задача не упустить момент, не дать разрушить то, что уже построено, но и одновременно с этим, сверкнуть новым панцирем и отправится в поход, где я продолжу защищать тех, кто нуждается в защите, но уже на другом уровне. Не дать уйти тому, что есть, но и не упустить шанс сделать больше. Соблюсти баланс!

Вот к чему я должен быть готов. Но эта готовность не дается сразу. Она вынашивается в голове долго. Порой, очень долго. И если сейчас я не позволю себе думать о будущем, не дам чуть больше свободы, я снова останусь с тем, что имею — с секцией из десятка ребят. В то время, как вокруг страдают сотни таких же, как они. Я не понял этого в прошлой жизни, надеюсь, смогу в новой.

— Куда прёшь! Не видишь, люди работают! — рявкнули у меня над головой.

Я замер, упёрся взглядом в черные сапоги с заправленными в них штанами, похожими на галифе. Но я не был уверен. Верхняя часть, выше колена, скрывалась под черным, средней длины, пальто военного кроя.

Надо мной нависала жутко недовольная раскрасневшаяся морда с маленькими серыми глазками, пристально всматривающимися в меня.

Чёрный!

Догадка обожгла сознание, льдом прокатилась по вмиг взмокшей спине. Бояться мне их смысла не было, но сработала привычка. Я прилично одет, если только документу попросят, но выкручусь. По крайней мере, я не слышал, чтобы кто-то говорил, что их всегда надо иметь при себе. Город я уже немного знал, мог назвать пару улиц и номеров домов. Не пойдут же они проверять? Да у них и подозрений не возникнет! Тем более, раз заняты.