В этот момент вор спустился до первого этажа и переместился за колонну. Второй, тот что уже был внизу, насторожился.

Похоже, заметил, что не один в доме.

Резкая вспышка, ощущение работы с праной, как молния.

Я не видел глазами, но чувствовал, как выстрелил «щуп» в поисках цели.

И вдруг вспышка!

Вокруг вора полыхнула и тут же исчезла прозрачная сфера желтовато-белого света. Как пленка мыльного пузыря с подсветкой изнутри. Вспыхнула, ослепив на долю секунды, и нет её.

И тут же в ответ полетел «щуп».

Вот их я, похоже, научился распознавать точно.

Два стезевика! Вот как.

И они сейчас пытались прощупать друг друга диагностикой.

Попытались, потому что вокруг второго гостя тоже вспыхнул и исчез мыльный пузырь.

Только цвет его был чуть другой.

Интересно, можно по цвету что-то сказать о том, что использует эту защиту?

В том, что пузырь — какой-то вид защиты, я не сомневался. Потому что вслед за «щупом» полетело что-то серьёзней.

Я снова не видел, а только ощутил работу с праной. И всё это в полной тишине. Ни свиста, ни выкриков ни других звуковых эффектов, которыми так щедро почуют нас голивудские режиссёры, изображая магические атаки.

Только резкие перемещения: вдоль стен, за колонну, рывок через центр, снова к стене.

Я едва успевал следить за происходящим внизу.

Но этот танец меня заворожил. Так сражаются два мастера. А я видел подобные поединки. И оторваться от них практически невозможно.

Не смог и я.

Похоже, противостояние переходило на какой-то другой уровень. Теперь кроме вспышек защиты иногда я видел, будто тонкое, с волос толщиной, лезвие света возникает рядом с атакующим и тут же срабатывает защита противника. И с каждым разом это лезвие становилось длиннее, зависало в воздухе, пока не превращалось в извивающийся и ломкий жгут молнии. Бой двух громовержцев. Рейден дерется с Зевсом.

Я снова сместился вдоль колонны, но бойцы быстро исчезли из поля моего зрения. Пришлось мягко переступая по ковру, подойти ближе к краю лестницы, оттуда я мог хоть что-то видеть. Я сделал шаг и понял, что за что-то запнулся.

Металлический звон опрокинутой мной масляной плошки и ощущение не успевшего остыть масла на лодыжке.

Чёрт!

Я же видел, как вор наклонялся! Он поставил на пол лампадку, чтобы не мешала!

Я взмахнул руками и выпустил зажатую в кулаке кочергу.

Бам-бам-бам… звонко заскакала плошка по ступенькам, ей вторила на тон ниже летящая следом кочерга. И ведь не по ковру, по самому краю, по отлично выбивающему дробь мрамору.

А я уже падал.

От неожиданности. От резкой боли ожога. От обиды, что так спалился.