От меня же сейчас требовалось придумать правдоподобную историю, чтобы как-то обосновать просьбу. Но при этом не такую, чтобы с нас можно было содрать втридорога.

— У нас небольшая накладка с доставкой вышла, — начала я. — Носильщики ещё не подошли. Если мы задержим очередь, на нас штраф наложат.

— Неприятно, — протянул сиятельство. — Но мне-то с того что?

А вот и торг. Я усмехнулся про себя.

— Вам досталась самая последняя в очереди партия. И ждать придётся долго. А нам оно, наоборот, лучше. Мы предлагаем вам небольшой, но приятный бонус. Так чтобы все были в плюсе. Мы не платим штраф, а вы получаете уголь чуть дешевле и чуть раньше. Как вам такое?

— На хрен оно мне не упало. Но так и быть… Сколько?

Вот она — его суть! Показывает, что неинтересно ему предложение, но тут же спрашивает, сколько получит. Ты уж либо крестик сними, либо трусы надень. Не люблю торгашей… но люблю деловой подход. Вот если мы прямо сейчас пожмём руки, готов буду пересмотреть своё отношение к этому выпендрёжнику. А это однозначно выпендрёж — пить горячий чай из термоса с раскладного столика, стоя в очереди… Либо вообще не стой, либо не выпендривайся.

— Вы получили тонну по восемьдесят копеек, — я намеренно назвал такую цену, понимая, что, скорее всего, цена для него и для нас может быть разной. — Мы добавим по десять копеек с тонны, итого сорок копеек. Все в плюсе. Идёт?

Сиятельство сделал вид, что думает.

— Десять копеек с тонны… — протянул он. — Мой чай стоит дороже. Его везли мне из другого города, а туда ещё из другого…

— Рад за вас, — произнёс я вроде без резкости, но мужичок, что подавал чай, на меня тут же шикнул.

— В общем, малец… я не, знаю кто ты такой, и чего от меня хочешь, но твоё предложение мне неинтересно.

Сиятельство снова отвернулся, задрав нос, стал потягивать успевший остыть чай.

Н-да, не придётся мне пересматривать отношение. Тип явно не собирался соглашаться сразу. Но я видел, что он готов продолжать торг, ведь иначе, он просто припросил бы прогнать нас, чтобы не мешали ему наслаждаться… да хрен знает, чем он тут наслаждается.

— Сколько вы хотите? — задал я прямой вопрос.

Угольщик за моей спиной недовольно крякнул. Я его проигнорировал. Сейчас у нас игра с сиятельством, и мне уже было интересны насколько жирные амбиции у этого человека.

— А нисколько, — усмехнулся он.

— Нисколько? — я, кажется, немного удивился. Он что просто так готов с нами поменяться?

— Да, я хочу заплатить за те четыре тонны, что вы просите отдать, ровно нисколько. То есть, купите их для меня по восемьдесят копеек каждую и будем в расчёте.