— И почему же? Металлургия — тоже отличный способ зарабатывать на жизнь.

В общем-то, я мог дать ему краткую выкладку по тому, сколько требуется угля для выплавки чугуна. Ну, плюс-минус… то, что я слышал от эрудированного мастера коксовой печи, но я не собирался увлекаться, тем более что косвенно сиятельство уже признал, что я прав и он не металлург.

— Да, способ отличный, — согласился я, — но в таком случае вы бы интересовались каким-нибудь особенным видом угля, а не брали бы без разбора.

— Ладно, малец, твоя взяла. Что дальше?

— Судя по количеству угля, вы будете отапливать четыре-пять тысяч квадратов. Это может быть один большой котёл или два-три малых. Если их несколько, то ничего страшного не случится. Встанет один или два, его подменит другой. А вот если в вашей котельной один котёл, то что вы будете делать, когда этот уголь расплавится и забьёт колосники? Да и вообще, будет масса проблем. Ни нормального поступления воздуха, ни золу потом выгрести… Никогда такого не было, когда вашим работникам приходилось выдалбливать вот такой комок спёкшегося угля, чтобы засыпать новый?

Я показал руками, что имел в виду. Получилось больше, чем могло быть в реальности, но нужное впечатление я произвёл. А главное, угадал. Котёл у него, похоже, забивался, и это явно было неприемлемо для бизнеса. Чистить ему, конечно же, не приходилось, это делали за него другие, но простои в работе сказывались на качестве товар, судя по всему.

— С чего ты взял, что уголь плохой? — в голосе сиятельства уже не было подкола или улыбки, а лишь озабоченность и тревога.

— Я видел его. Пока вы торговались с продавцом, я гулял по площадке и рассматривал уголь.

— Умно, — буркнул сиятельство, покосившись на Прохора. — А если уголь плохой, зачем он вам?

Вот это был самый сложный вопрос. Я не хотел выдавать своё ноу-хау. При этом заяснять, что мы тупые и не понимаем, что берём, конечно же, глупо. Но… я видел его отношение к окружающим и решил рискнуть.

— А мы продаём его по немного. Да и кому какое дело, если у бедняка забьётся печь. Всё равное он её вычисти, заодно согреется от работы. А нам этот уголь достаётся чуточку дешевле, — я старательно подмигнул ему.

— Ах ты прохвост! — с восхищением воскликнул сиятельство, тыча в меня пальцем. — Твой компаньон и впрямь понимает в этом деле, — усмехнувшись, сказал он уже угольщику. — Малец, а понимает. Не расскажешь, где нашёл такого?

Сиятельство явно пришёл в хорошее расположение духа, раз принялся так разговаривать.

— Что ж, я согласен на компенсацию в двадцать копеек за тонну. Уговорил меня малец, уговорил.