Я ведь только сегодня поняла, что ба в своем письме не зря писала: «Некоторые вещи на чердаке должны быть сожжены в драконьем пламени, но такого у меня под рукой нет. Никому их не отдавай! Иначе быть беде». Вот нашла я эти книги в одном из углов чердака и наконец это поняла.
Они были укрыты несколькими слоями защиты, но я их сняла — ба хорошо меня учила — и убедилась, что там лежала та самая книга проклятий и еще две, не менее мерзкие по содержанию: книга смертельных наговоров и книга ритуалов на крови. Как по мне, такие знания не должны существовать в этом мире. А у меня под боком есть дракон и его драконье пламя, которое, по словам ба, способно уничтожить и не такую скверну.
Вот только, чувствую, палить мы их будем немного позже, потому что Итон решил вернуться к своему первоначальному вопросу:
— Элла, так зачем тебе понадобилось освобождать малую комнату? Мы же с тобой договорились, что, если к нам приедут гости, мы на время переедем в мой замок, где всем будет комфортно.
— Так я не для гостей стараюсь, — потупилась я.
— Ну знаешь, мне эта комната вот совсем не нужна! — вспылил дракон.
— На твоем месте я бы не была так категорична. — Я прикусила губу и положила руку на свой живот.
Итон соображал долго. А потом его глаза расширились, он попытался что-то сказать, но у него не вышло.
— Да, Итон, у нас будет ребенок, — улыбнулась я. — И нам нужна детская комната.
— Элла, — наконец сумел выдавить из себя дракон и неверяще уставился на мой живот. — Ребенок? Мой? То есть он уже там, да?
— Там. Ты его туда сам посадил. — Я уже начала нервничать из-за такой неоднозначной реакции.
— Я? — поднял на меня ошалелые глаза Итон. Кажется, он не до конца верил в происходящее.
— Ну… Ты, вообще-то, этими посадками каждую ночь занимаешься. Что тебя так удивляет? — не смогла сдержать я нервный смешок.
— Мой ребенок… — наконец расплылся в счастливой улыбке дракон. А потом подхватил меня под попу и закружил. — У меня будет дракончик!
— Или ведьмочка, — рассмеялась я и ухватилась ладонями за его плечи, а то голова уже успела закружиться.
— У меня будет дракончик или ведьмочка! — тут же радостно возвестил Итон. А потом остановился, опустил меня на пол и, глядя в глаза, проникновенно произнес: — Элла, как же я тебя люблю. Ты делаешь меня самым счастливым драконом на свете.
— А ты меня — самой счастливой ведьмой.
Эпилог
— Элла, ты куда? — проводил меня взглядом муж, оторвавшись от вкуснейших оладушек, которые приготовил на завтрак Фрол.
Я все-таки сняла с Рудольфа свои проклятия, а он дал разрешение на то, что я могу вернуть своего домового обратно. Признаться, когда я увидела ведьмака в тюрьме, то решила, что помучился он достаточно. Все-таки я проклинала его в сердцах в момент, когда думала, что жизни близких мне существ висят на волоске. А в такие мгновения проклятия проявляются особенно ярко. В общем, пусть дальше отбывает наказание согласно законам королевства на рудниках. А проклятиями я как не баловалась раньше — вон даже Рамиль-чику ни одного не досталось, — так и дальше увлекаться не буду. Аура чище будет.