Глава 1. Муж, который нашёл истинную
В тот вечер стол накрыли на двоих, хотя Мирель ещё с полудня знала, что ужинать они будут не как супруги. Она не смогла бы объяснить, откуда взялось это знание: никто из слуг не сказал лишнего, управляющий по-прежнему кланялся ей первым, а в малой столовой горели те самые семь свечей, которые зажигали каждый раз, когда лорд Эртейн оставался дома и не принимал гостей. Но за двадцать лет женщина учится распознавать перемены в муже раньше, чем они получают имя. В последние недели Адриан стал возвращаться поздно, дважды отменил совместную поездку в зимнее поместье, а вчера неожиданно спросил, удобно ли ей будет жить за городом весной. Мирель тогда подняла глаза от книги и ответила, что не собиралась никуда переезжать, после чего муж постоял у камина чуть дольше обычного и сказал, будто речь шла о совершенно постороннем человеке: «Конечно. Я просто подумал, что тебе давно хотелось больше тишины». Сегодня никакой книги рядом не было. Мирель сидела напротив него, положив ладони на колени, и наблюдала, как человек, с которым она прожила почти половину жизни, аккуратно отделяет ножом кожу от запечённой груши.
Адриан всегда умел говорить неприятные вещи после еды. Так было ещё в молодости, когда они снимали две комнаты над аптекой в нижнем городе и он мог до глубокой ночи спорить с наставником, а потом возвращался, промокший, усталый, с глазами человека, который уже всё решил, но пока не знает, как сообщить об этом жене. В те годы Мирель обычно чувствовала его настроение сразу, хватала за рукав, заставляла рассказать всё до того, как он успевал снять сапоги, и сердилась, если он начинал ходить вокруг да около. Теперь он стал верховным некромантом королевства, владельцем трёх поместий и человеком, которому даже придворные советники старались не задавать лишних вопросов. Она же каким-то незаметным образом перестала хватать его за рукава. Мирель вдруг подумала об этом, пока Адриан отодвигал тарелку, и не испытала ни обиды, ни сожаления; мысль пришла спокойно, почти бесцветно, как множество других мыслей последних лет. Именно это спокойствие почему-то показалось ей неприятнее ожидаемого разговора.
— Мирель, — произнёс Адриан, промокнув губы салфеткой и положив её рядом с тарелкой, — я попросил оставить нас одних не потому, что собираюсь говорить с тобой о делах дома. Есть вещи, которые муж должен сказать жене лично, даже если после этих слов она станет относиться к нему иначе. — Он замолчал, посмотрел на неё и, не дождавшись ответа, едва заметно нахмурился. Когда-то её молчание раздражало его; когда-то она вообще редко позволяла ему говорить без перебивания, особенно если чувствовала, что он заранее приготовил красивую речь. Теперь Мирель просто сидела и ждала. Адриан отвёл взгляд первым. — Я встретил женщину, — сказал он уже короче. — Её зовут Эстель Ларен. Она пророчица из западного дома, хотя это, вероятно, тебе известно. Последние месяцы она несколько раз работала при дворе. Между нашими дарами обнаружилась истинная совместимость.