очень осторожно — видимо, приставленный к виску ствол способствует аккуратности выполнения. Вынутые деньги он отнес тому, кто их велел показать. Главарь пересчитал и положил в карман. Когда Павел дернулся было ко мне, его грубо одернули. — Кажется, мы обо всем договорились, господа. Или ваш посредник меня обманул? — Дело в том, уважаемый, что цена на новика с позывным Пашек сегодня подскочила до двух тысяч. — С чего вдруг? — ожидал чего-то подобного, поэтому совсем не удивился. — Он сегодня спас базу от нашествия шипастых волков, а потому стал нам очень дорог. И все остальным, соответственно, тоже. — Неужели дороже репутации? Ведь сразу пойдут слухи, что с людоловами нельзя вести дела, они не держат слова. — Как-нибудь переживем, — усмехнулся мужик. — Может сторгуемся за тысячу? — предложил я. — Нет, цена окончательная. Не устраивает — катись, откуда пришел. Впрочем, если отдашь свой ругер, можем сойтись и на тысяче. Старался тянуть время до последнего — появление тех же пришельцев стало бы мне на руку. Я-то вижу, где возникают локаны, а людоловы — вряд ли. — Серьезные люди так дела не делают, но раз вы такие убогие, так и быть подам вам на бедность две тысячи. — В курсе, что мы принимаем только наличные? — мужик явно хотел, чтобы я отказался от сделки. — Подойди и расплатимся. — Спрячь ствол, я без оружия, — сказал он. Пашка всем своим видом показывал, чтобы я этого не делал. — За придурка меня держишь? А если пришельцы нагрянут? Я-то бью без промаха, а в твоих помощничках, которые даже с шипастым волком не смогли совладать, не уверен. Направил ствол в небо, и людолов двинулся ко мне, оставив Пашку стоять на месте. — Никогда не думал, что чекаристы настолько глупы, — злорадно усмехнулся он. Прозвучал хлопок, мне резко обожгло руку болью, и ругер упал на мокрую траву. На поляну вышли еще двое, направив стволы на мою скромную персону. К ним тут же подключились мои провожатые, а еще один появился со спины — видимо, присматривал из Щукинска. — Собирался в одиночку нас одолеть? В глазах на мгновение потемнело, и я пошатнулся, но устоял. Как ни странно, помогла жадность. Стоило представил, что содержимое моей куртки достанется людоловам: редозит высшей категории стоимостью в пятьдесят тысяч, хрусталики глаз василиска гребенчатого по десять штук каждый, вся моя наличность… Меня так взбодрило, что очень захотелось ответить взаимностью. Сцепив зубы, с трудом сам себя сдержал: «Новый плащ испортили, гады! Фиг вам теперь, а не две тысячи!» Пуля пробила плечо насквозь,