его действиями бледного толстяка от картины разделки туш стошнило, но больше он не издал ни звука. — Хочешь сдохнуть? — строго спросил охотник. Мужик торопился и не собирался церемониться с прибывшим. — А… что… где я? — с трудом прохрипел тот, но после короткой паузы все же ответил: — Нет. — Тогда чего разлегся? Шустро отрывай корму от мели и двигай за мной. — Но я не могу… — молодого человека трясло. — Как хочешь, — равнодушно махнул рукой бородач и заботливым тоном спросил — Тебя пристрелить? — А… — у парня снова пропал голос, и он почти прошептал, — зачем? — Сейчас сюда явятся другие твари доесть все, что осталось от первых. А вообще они обычно жрут добычу живой. Хочешь ею стать? Толстяк нашел в себе силы вскочить: — Я с вами. — Тогда не отставай. Мужик забрал с камня карабин и камертон, последний разобрал и сложил в карман рюкзака, который пристроил за спину. Они вдвоем двинули по пологому склону прочь от леса. Стрелок то и дело посыпал следы каким-то порошком. Когда прошли пару километров от поляны, молодой выдохся окончательно. — Вроде оторвались, — сообщил второй. — Как зовут? — Павел. — Значит, будешь Пышкой, — внес свои коррективы в «позывной» спутника бородач. — Я — Кент. — Иннокентий? — немного продышавшись, переспросил толстяк. — Ты плохо слышишь? — нахмурил брови бородач. — А что я такого сказал⁈ — вдруг прорвало молодого. — Что тут вообще происходит? Чей это розыгрыш, кто заказал тех жутких кукол? Вы за это ответите! У меня отец… Хлесткий удар, отбросивший Павла на три метра, сразу заставил его замолчать. — Здесь всем глубоко начхать, кто твой папаша! А что до «кукол», так действительно жутких ты еще не видел. И играть с ними не советую. Некоторые способны за один кус от человека половинку оттяпать, — отчеканивая каждое слово, с нажимом произнес Кент. — Будешь орать, они очень быстро явятся. Тогда придется им на жрачку оставить тебя — не погибать же обоим? Вставай и топай впереди. Курс — на солнце. Буду спрашивать — отвечай вполголоса. Понятно? — Да. Светило близилось к закату и больше не слепило глаза. Ошарашенный толстяк поднялся и пошел. У него и мысли не возникло оказать сопротивление мужику, назвавшемуся Кентом. У того было оружие, да и удар оказался весьма впечатляющим. — Откуда сам? — начал допрос старший. — Из Москвы. — Что помнишь перед тем, как сюда попал? — Сюда — это куда? — Вопросы — моя вахта, ты отвечаешь, — приглушенно напомнил Кент, но так убедительно, что молодой человек вздрогнул. — Мы выехали за город на шашлыки. Пока они