Осталось только получить туристическую визу и уладить кое-какие дела. Долго задерживаться в России Жека не собирался, максимум месяц. Но кто знает, как повернутся дела…

Перед тем как уехать, за день, Жека собрал пацанов в офисе небоскрёба «Дойч девелопмент». Достал бутылку виски, бокалы, разлил. Все недоумённо смотрели на шефа, не зная, что и сказать — такое поведение Жеке было нехарактерно, на работе он пил редко.

— В общем так, братва, — поднял бокал Жека. — Мне надо смотаться в Россию на месяцок. Может, вернусь раньше. Дела незаконченные остались, а я этого не люблю. Да и есть люди, которых я практически кинул. Возможно, они сейчас бедствуют. Надо мне утрясти там всё, что встало. На время своего отсутствия старшим ты будешь, Олег. Клаус — правой рукой. Как обоснуюсь, позвоню вам, скажу номер телефона и факс для связи.

— Ямно. Дело твоё, шеф, — пожал плечами Олег. — Помощь нужна будет?

— Не, в России у меня есть к кому обратиться, — отказался Жека. — Наблюдайте здесь, чтобы всё ровно было. И за Светкой следите, чтобы охрана всегда была. Если я удачно съезжу, денег у нас значительно прибавится.

Всё-таки, надо признаться, испытывал Жека и некое сомнение в правильности своего поступка. Понимал, конечно же, что порядком рискует и надеется в основном на русское авось. Понимал, что, с одной стороны, права Сахариха — чуть от жопы отлегло, опять полез приключений искать, но ничего уже поделать не мог — дела на родине надо закончить все.

В Германии середина апреля — это уже, считай, лето, а в Сибири только снег растаял и ледоход пошёл. Жека стоял на мосту через Томь и смотрел, как громадные льдины метровой толщины крошатся, ломают друг друга, увлекаемые мутной тёмной водой. Чего тут только не плыло вперемешку со льдом: собачьи будки, сортиры, унесённые паводком с участков, даже целые дачные домики проплывали. Вальяжно проплыл большой катер, сорванный со швартовых — ночью в тайге прошли обильные дожди и довели уровень паводка до критического. За ночь вода поднялась на два метра. Ещё подлетая к родному городу, Жека, глядя в иллюминатор самолёта, заметил реки, переполненные льдинами, и обширные территории и поля с дачными участками, затопленные паводком. Решил сразу же поехать и посмотреть, что тут творится на берегу реки. И точно… Творится нечто ужасное. И такое чувство нахлынуло, как будто никуда не уезжал.

Вволю налюбовавшись на стихию, Жека неспеша пошёл в гостиницу, с любопытством озираясь по сторонам. Уезжал, был 1992 год, а сейчас 1993. За проведённые в Германии пять месяцев уже почти забыл, как выглядит Россия, а она изменилась, как ни крути. Перемены в основном касались торговли. По всему проспекту открылись новые магазины, лавки, ларьки и киоски — тянулись нескончаемыми рядами. Жека с любопытством подошёл, чтобы посмотреть ассортимент, и офигел — в одном ларьке продавались и сигареты, и водка, и пиво, и детские игрушки с детской одеждой, рядом с ними презервативы. В Германии такое было просто невозможно.