— Продать… — рассмеялся Володаров. — Могли, конечно, и продать как изделие, но это надо объявление в газету подавать. Это светиться надо. Да и дело это долгое. Нет, Евгений, не так это делается. Всё, что охрана ворует на комбинате, увозится на ближайший пункт приёма втормета, прямо в полукилометре у проходной. Куда ещё можно сбыть тали, тельферы, оттяжки и прочий такелаж? Там всё из хорошей стали, так что, скорее всего, туда и сдали. И навряд ли ты это всё найдёшь.
— А вы откуда это знаете? — заинтересованно спросил Жека. — Подробности прям сногсшибательные.
— Наши ребята такой хренатенью тоже промышляют… — помолчав, сказал Володаров. — Искоренить никак не можем. Да и как искоренишь, когда зарплату то платят, то не платят. Тут уже обычные слова на рабочих не действуют. Им не объяснишь, как так получается, что количество иномарок у заводоуправления растёт, а зарплату при этом какой месяц не дают. Начинают люди тащить всё подряд. Даже то, чем себе на хлеб зарабатывают. Попадались наши. И на проходной попадались, и на улице милиция ловила, сразу дело о краже возбуждала. Воруют в основном медь, алюминий, нержавейку. На комбинате много этого добра за советские годы скопилось. Раньше же как — в цветмет ничего не сдавали, так как всё общее было и возиться не хотелось. Котлован выкопают на территории, где-нибудь на задворках, туда старые электродвигатели, кабель, провод покидают и трактором засыпят. С глаз долой, из сердца вон. Но те котлованы давно уже раскопали и всё оттуда потаскали в приёмку. Бывает, и действующий кабель режут, особенно резервные линии. Сейчас металл в цене, на всё люди идут. Ночами, в цехах, кандейках, рубят и обжигают. Кроме обожжённого кабеля, тащат вообще всё, от инструмента до роторных секций больших электродвигателей. Такие дела. Про воровство все знают, так же как и где принимают и по сколько. Но больше всего, конечно, охрана ворует. Им вообще закон не писан. Машинами вывозят. С милицией поделятся деньгами, даже если и застукают, и как с гуся вода.
— Ну… Эту проблему надо как-то решать… — заявил Жека. — Так у нас и построить ничего не удастся. Ладно… Я посмотрю, что можно сделать.
— Посмотри, посмотри… — безнадёжно махнул рукой Володаров. — Некоторые хотели покончить с этим, ничего не получилось, только сами пострадали. Есть всё-таки среди начальства, среди мастеров, молодые ребята, которые в будущее смотрят. Пытались воздействовать на рабочих, на охрану, и чего добились? А ничего! Себе только навредили. То их встретят, изобьют неизвестные, то машину сожгут или колёса проколют. Так и перестали проявлять честность.