— Долго рассказывать! — махнул рукой Жека. — Надо Камаз один отогнать на завод.

На самом деле не хотел он говорить при Лёхе в открытую про свои дела. Пацан посторонний, ляпнет по дурости где не надо, и дойдёт до кого не надо…

— Ладно, понял-принял, — сказал Графин, догадавшийся, что Жека не хочет распространяться при Лёхе. — Тогда пошли. Посмотрим, что за работа у тебя есть.

Когда вышли в вестибюль, Жека увидел, что у ресепшена, облокотившись локтями о стойку, стоит удивительно красивая девушка, по виду ровесница. Одета по-деловому, в юбку чуть выше колена, белую блузку с коротким рукавом. Длинные русые волосы завязаны на затылке в модную красивую причёску. Девушка стояла вполоборота, и было видно в профиль соблазнительную задницу и красивые бёдра длинных ног. Из-под чуть свесившейся длинной пряди еле видно нежную белую кожу лица. Девушка о чём-то разговаривала с парнем, сидевшим на ресепшене, но каким-то пятым чувством ощутила, что на неё смотрят, и обернулась. Это была Маринка! Да ещё и в очках!

Увидев Жеку, Марина радостно взвизгнула и подбежала к нему, стуча длинными каблучками, обняла обеими руками за талию и прижалась головой к Жеке, сразу ощутившему душистый запах её волос и тяжесть крупных грудей, прижавшихся к нему.

— Женькааа! Ну ты даёшь! — закричала она. — Вот уж не думала тебя встретить! Ты где был? Говорят, приехал… А про нас забыл. Ты совсем уже? Старых друзей совсем забросил!

— Извини, Марин… — смущенно сказал Жека. — Я ж по делам приехал. Так-то я в Германии сейчас живу. А как приехал сюда, всё дела да дела, ни минуты покоя. Но виноват, этого не скрою. Так что давайте с Лёхой сегодня посидим в кафе у вас.

— Смотри! Ловлю на слове! — Марина шутливо погрозила длинным нежным пальчиком с накрашенным красным лаком ногтем. — Если не останешься, обижусь.

Когда сели в машину, Графин усмехнулся:

— Вот же баба-огонь… Достанется кому-то, так повезёт мужику.

— Как достанется? — недоумённо спросил Жека. — Она же вроде с Лёхой мутила…

— Дело молодое, сегодня мутила, завтра отмутила, — непонятно рассмеялся Графин, и спросил, глядя в окно: — Куда едем-то?

— Тут недалеко, с полкилометра, — заявил Жека. — Но придётся ещё пешочком пройтись.

Свою машину днём он не хотел парковать у дома, в котором лежал труп, поэтому остановился напротив сельсовета, у строительного магазина, где постоянно останавливался проезжий люд. Народу тут всегда было много, и кто сюда приезжал и уезжал, никого не волновало, тем более поблизости находился сельский рынок, куда за дешёвым алтайским мясом приезжало много народа, и даже из других городов.