Готовой силы это блюдо, конечно, не давало: за каждый прирост по-прежнему придётся платить тренировками и смертями в Звёздном Море. Зато теперь они будут приносить заметно больше пользы.
Завтра многоглазый ткач сплетёт очередного аватара, и мы проверим, чего стоят микроразломы в деле. А через неделю посмотрим, каких успехов я добьюсь и как сильно вырастут стены моего тотема.
Мне уже не терпелось отправиться в Сквер и как можно скорее это проверить…
Глава 4
Как убедить человека, что я собираюсь озеленить общественное место, где за последние годы не выжило ни одно дерево, а я не сошёл с ума прося это разрешение?
Вопрос крутился в голове всю дорогу до сквера. Логика подсказывала начать со смотрителя: за каждым клочком городской земли кто-то следит, а копать в охраняемой зоне без разрешения — верный способ познакомиться со стражей ближе, чем мне сейчас нужно.
Главный аргумент был готов ещё с вечера: Звёздное яблоко намертво прирастает к месту, и выросшее дерево я смог бы забрать отсюда разве что в виде дров. Значит, будущую рощу можно смело дарить городу. Такую щедрость я уважаю больше всего: дарителю она обойдется почти бесплатно, зато даст разрешение, охрану посадок, репутацию благодетеля и удобное объяснение, зачем я вообще торчу в сквере сутками. Мне же от этой рощи нужен был только коридор мягких зон прямо до самых статуй. Оставалось выяснить, кто сторожит сад окаменевших демонов и что он ответит на слово «посадки». Я бы поставил на долгий скандал с размахиванием метлой.
Сквер Непокорённых Демонов с утра просыпался медленно. Практики стягивались к статуям поодиночке, рассаживались на дальних подступах и только начинали своё ежедневное сползание к личным отметкам. А у западной ограды шла война, о которой Обелиск рекордов молчал: смотритель гонял метлой голубей с чёрного камня и со скамеек у входа. Голуби взлетали, делали круг почёта и садились обратно. На сами статуи старик даже не смотрел. Туда с метлой не пойдёшь: под ментальным давлением мало кто способен приблизиться к демонам, а заниматься там уборкой тем более ни кто не возьмётся. Белые потёки на рогах и каменных плечах копились десятилетиями. Голубям ментальное давление демонов, похоже, вовсе не мешало.
Смотрителя звали Барнаба. Это был сухой старик с медной бляхой городской службы на груди и метлой, отполированной ладонями до блеска.
— Внутрь зоны, значит, — Барнаба оглядел меня с ног до головы. — Я тут видел умников с саженцами. К обеду от саженцев оставались головешки, а мне потом мети. Взрослое дерево сюда тоже не притащишь, оно после пересадки за неделю сохнет.