— Мы поможем всё отстроить, у нас средства есть. — В кадре за плечом подопечной появляется хмурая Барсукова-рыжая. — Старика твоего жалко.

Она сперва коротко всхлипывает, а затем неожиданно начинает реветь навзрыд.

— Стационарный портал сюда уничтожен. Тот прибор, который ты взял в небоскрёбе Шереметьевых, уничтожен. Доклад окончила. — Под влиянием слёз Натальи Мадина резко преображается и становится похожа на не могу слово быстро подобрать, кого.

— Хорошо, что остальные живы, — успокаивающе киваю, по-прежнему не демонстрируя, что чувствую. — Отсюда порталом много нападавших живыми ушло?

— Половина. Половину наши точно положили. Ржевский, давай к нам в Залив? — Наджиб пронзительно смотрит с той стороны канала связи. — Несись в наше Посольство, а? Я распоряжусь, чтобы тебя пропустили. Из твоего имения четверть часа бегом, бегаешь ты хорошо! Здесь я тебя первая обниму и без разговора ноги раздвину! Идешь? Вместе с Накасонэ?

— Тут кое-что закончить надо. Погоди! — останавливаю вспыхнувшую в её глазах непередаваемую и наверняка темпераментную тираду. — Ты мне тоже очень дорога, но количество тел на участке не сходится. — Приоткрываю причину своего решения задержаться.

— В смысле⁈ — брови менталистки удивлённо поднимаются мало не на затылок.

— Я умею идентифицировать целое по разобранным фрагментам. Тело деда опознал бы даже по частям. — Веду рукой вокруг себя. — Но я его на участке не вижу. И рабочих тоже.

Если подумать, человеческий организм — тот же механизм. Своеобразный, биологический, но тем не менее.

Раньше никогда не чувствовал, а здесь как какая-то часть расового бонуса активировалась: по ошмёткам тел отлично (и неожиданно для себя) вижу и рост трупа при жизни, и его телосложение, и ещё кое-что по мелочи.

Нет деда среди убитых плюс в воздухе висит ещё ощутимый след двух чужих эвакуационных порталов.

Странно это.

— Убью тебя сама, когда встретимся, — коротко обещает Наджиб и разрывает связь.

Перед этим, правда, неуловимо быстро целует перед собой воздух.

Подумав, набираю её сам, уже со своего амулета.

— Одумался? — она насмешлива и иронична, как обычно.

Взяла себя в руки, стало быть.

— Я прибуду, но сперва разберусь здесь. Мадина, как перед твоей матерью за амулет иллюзий рассчитываться?

И торговый канал с Заливом накрылся. Досадно.

— Вот придёшь в Посольство, шагнёшь сюда — и сразу отвечу! Мама рядом будет!

— Так если твоя маман меня на выходе вместе с тобой ждать решила, как ты собралась меня по-женски ублажать⁈ — вроде бы и шучу, но с аккуратным намёком.

— В ближайшей же кладовке, — уверенно и без паузы отвечает менталистка. — Ты же и стоя сможешь?