Гвардейцы, не ожидавшие подобной прыти от самки-неверной, вытаращили глаза не хуже озадачившихся бабуинов. Хамад бин Мухаммад тоже.

— К’й-йя! — Норимацу с отрешённым лицом приземлилась и тут же распласталась в глубоком выпаде.

Клинок второго нападавшего рассёк воздух над её головой и даже срезал прядь волос, но саму не задел.

Кулак японки одновременно с уходом под руку противника змеёй дёрнулся вперёд-назад — и здоровенный мужчина покатился вслед за своим начальником по белому мрамору, прижимая руки к гениталиям. Рядом с ним зазвенел о камень его малый штурмовой меч (артефактная, кстати, штука. Вот сука. Наверняка из своего городского арсенала спёр, который тоже собственность монарха).

— Минус два. — Невозмутимо констатировала азиатка неизвестно кому всё с той же отсутствующей мимикой.

Старшего четвёрки, остановившего свой принудительный полёт лишь у стены, неожиданно окутало зелёное магическое сияние: амулет феникса.

— Вот ты гад, Наджиб! — возмутилась аль-Футаим бесшумно, имея ввиду, разумеется, не практически сестру, а её мудака-папашу.

Принцессе было более чем ясно, откуда у деревенщин с периферии артефакты стоимостью с этот зал! Если предположить, что арсенал охраняется круглосуточно в каждом городе, то единственный способ что-то из него достать — профессиональная работа менталиста.

Получается, козёл Хамад готовился к этому демаршу всерьёз? Провести внутрь больше четырёх людей ему не позволило объявленное мамой-регентом усиление, но уж четверых он нафаршировал по самые гланды.

— Сдайся и будешь жить! — старший гвардеец с хмурой рожей поднялся с пола как ни в чём ни бывало.

Кого ж ты набрал, Наджиб⁈ Ладно, следствие выяснит. Если твой же собственный человек таким вот образом отменяет волю хозяина (вместо приказа убить начинает обещать японке жизнь — не советуясь с тобой), то теперь вообще ничего ровным счётом непонятно.

Что это всё значит?

Далия ещё немного поломала голову, но в итоге решила, что разберётся мама: нет в мире большей мотивации, чем желание родительницы обеспечить долгую и безбедную жизнь (и царствование) собственному ребёнку.

А Шу Норимацу не стала тратить ни времени, ни сил на ответ мужланам. Она коротко плюнула на пол и протанцевала странную композицию, уходя от следующей атаки противника.

Пара невредимых нападающих, синхронизировав действия, попытались уязвить её двумя клинками сразу на двух уровнях. Под первый удар японка опять проскользнула, пронося корпус над землёй и оставаясь при этом на идеально прямых ногах.

Прикольное движение, вот бы самой так научиться. И красиво, и смотрится хищно — сразу видно, человек сражается. На танец тоже похоже.