Далия вскрикнула, прикрывая рот рукой; хорошо, никто не услышал.

Японка перехватила оружие в другую руку и даже не удостоила шмякнувшиеся на белый мрамор части собственного тела взглядом. Взмахнув сталью перед носом гвардейца для отвлечения внимания, она оторвала его от земли. Ударом пятки снизу под челюсть.

Вот это растяжка. Вот это самообладание. Принцесса разревелась ещё сильнее: где эта долбаная охрана? Как они вообще пропустили этих мудаков сюда?

Почему хрупкая красавица должна оставаться калекой?

Мадина, активировав ментальный буст, магрибской коброй метнулась вперёд, подхватывая отсечённые пальцы Норимацу.

Можно что-то сделать⁈ Шамса, наверное может прирастить, если быстро одуплиться! Хоть бы получилось, хоть бы получилось!..

Хамад бин Мухаммад попытался ударить родную дочь ногой, чтобы помешать, но по счастью не преуспел.

Дочь небогатого безвестного самурайского рода с далёких островов своего шанса не упустила. Сверкнул странного вида то ли короткий меч, то ли хрен его знает как это назвать — и нога папаши двойняшки оказалась перерубленой почти полностью. Кость бедра японка точно ему рассекла — такое ощущение, что конечность теперь болтается на лоскуте кожи и остатках мышц.

— Вот это ор, — пробормотала Далия, когда родитель близнеца взревел взбесившимся слоном.

Первый гвардеец продолжал скрести мрамор когтями, баюкая свою яичницу. Второй, получивший ногой под подбородок, не подавал признаков жизни.

А у третьего прямо сейчас отвалилась голова: Шу прокрутилась на триста шестьдесят градусов, её сабля свистнула под странным углом — и вот.

— Минус три, — без тени эмоций сообщила Норимацу последнему противнику. — Ты мне делал предложение два раза, моя очередь. На колени, клинок в угол, руки за голову.

— Что взамен? — старший четвёрки хмуро покосился на заливающего фонтанами крови пол Наджиба.

— Умрёшь без боли? — спокойно предположила японка. — Я не могу гарантировать — у тебя есть своя хозяйка, но обещаю её попросить об этом.

— Ха-ха-ха, девочка, этого мало! — Мудачина предсказуемо извлёк ещё один амулет. — У меня к тебе третье, последнее предло…

Интересно, как она смогла? Она же стояла чуть не в трёх метрах от него?

Только что потерявшая два пальца подруга Ржевского, казалось, сама превратилась в портал, после чего на пол полетела отсечённая кисть негодяя, отжимавшая достаточно неприятную штуковину.

— А ведь разнесло бы весь зал, — аль-Футаим бесшумно выдохнула сквозь сжатые губы и с облегчением вытерла со лба пот. — Пожалуй, и мне бы в этой нише не поздоровилось.

Магический взрыв однозначно превратил бы в фарш всю органику, находящуюся внутри даже этого большого, но замкнутого объёма.