— И?
— Я предложила бы договориться о перспективах лично для тебя. Через месяц. В итоге всего, что случится. — Принцесса говорила, как будто забивала сваи.
Ментальное принуждение в спайке с элементами гипноза, сообразила Накасонэ.
— Юль, я ж мзду не возьму, — ухмыльнулся блондин. — Не на того напала.
— Да ну? А чего ты тогда хочешь?
— Мне за державу обидно.
Глава 13
Видеокартинка передана по магосети клана Накасонэ единственному адресату с неустановленного внешнего нагрудного амулета, выполненного в форме пуговицы. Аудиосопровождение обеспечено дополнительным протоколом. Получатель информации — Ариса Накасонэ.
— До чего занятный разговор получается, — Юлия как будто продолжила жаловаться собеседнику на него самого. — Я, дочь императора, впустую уговариваю какого-то мальчишку. Ржевский, ты не понимаешь, что тебе это больше надо⁈ У вас долги уже четверти кадастровой стоимости имения достигли! Вы не умеете зарабатывать!
— И что?
— А войны, на которой нажиться мог бы лично твой род в твоём единственном лице, не предвидится!
— И что?
— Вместо неё предвидится другой конфликт. Персонально ты бы мог очень хорошо погреть руки, если не будешь наперерез нестись! — наследница вздохнула, принудительно успокаиваясь. — Выбесил, — бросила блондинка холодно, затем продолжила ровным тоном. — А ещё мне весьма любопытно, почему на тебе моя ментальная магия не работает. — Она сменила выражение лица на заинтересованное. — Слушай, ты что, реально не боишься?
— Сегодня уже вспоминал эту фразу, повторю и тебе. Пращур золотые слова говорил: герой и трус чувствуют одно и то же, разница в том, что каждый из них делает.
— Больше всего лично я ненавижу героев, — констатировала царевна. — У них, то есть у вас, всегда с головой напряжёнка: там, где всё предельно ясно, вы норовите как гвоздь из доски выскочить.
— Каждому своё, — равнодушно пожал плечами «Страхов». — У тебя своя система ценностей, у меня своя. Они не совпадают, потому что мы живые люди. Это нормально.
— Это ненормально; потому что человек из нас — только ты, а я — дочь царя.
— А я — потомок гусара, — удивился блондин. — И своё место с твоим в жизни не поменяю. Знаешь, в чём твоя проблема?
— У меня нет проблем, — снисходительно улыбнулась принцесса.
— Есть, — хохотнул кое-кто, — просто ты её не осознаёшь… Ты считаешь себя лучше других и в других перестала видеть личности. А бог, если в него верить, всегда разговаривает с человеком языком жизненных обстоятельств. Ещё хлебнёшь, помяни мои слова.
— Решил меня философией впечатлить? Надеешься кочерыжкой потыкать? — менталистка то ли изобразила любопытство, то ли действительно дала волю чувствам. — В стиле вашей фамилии, напролом рванул? Дескать, и принцессе ноги раздвинуть можно?